— По магической соли, которая окружает церковь, — догадался я. — Она не пропускает монстров.

— Эй! — распахнул глаза Хотен. — Ты… Откуда ты это знаешь? Нет, даже думать об этом не хочу. Просто постарайся, пожалуйста, никому об этом не рассказывать. Люди думают, что это здание само по себе безопасно. Поэтому… Ох…

— Никто об этом не узнает. Клянусь, — я поднялся со скамьи. — Спасибо вам, Хотен. Вы мне здорово помогли.

Хитрый священник. Мудрый и хитрый одновременно. Подозреваю, что одних идолов Скалеса недостаточно. На самом деле здание защищает обычная магическая соль, которой пользовалась Видана.

Я сразу заметил знакомый блеск. Трудно с чем-то спутать этот цвет.

Но я Хотену не солгал. Раскрывать эту тайну нет смысла. Кто знает? Может, когда-нибудь эта тайна спасёт жизни другим людям. Не знаю, как работает Черта, но если когда-нибудь через неё прорвутся монстры, то защитить эту деревню смогут только стены церкви. И то ненадолго.

По пути домой я почувствовал странное ощущение. Изменения в своём организме. Ничего плохого или хорошего. Просто, наконец, все те странные магические колебания в моём теле приобрели смысл. Когда я получил доступ к мане, мне показалось, что это совершенно новое чувство.

Но после короткого отдыха всё встало на круги своя.

Мана — это не какой-то неведомый продукт, что даёт мне возможность управлять новой силой. Это — выжимка из двух Эссенций.

Тепло и холод. Когда я пытаюсь обратиться к своей мане, сразу же чувствую эти противоположные ощущения.

Другими словами, чтобы стать сильнее, мне нужно продолжать следовать ранее намеченному пути.

Больше Эссенций Жизни и Смерти — больше опыта. Больше опыта — больше уровней. Больше уровней — больше маны.

Все эти потоки между собой взаимосвязаны. Либо это какая-то местная магия, либо это сила, которую регулирует система.

Как говорил мой знакомый терапевт: «Без бутылки не разберёшься».

Бутылка, разумеется, мне не нужна. Я уже и сам смог понять эту схему. Но, чувствую, я лишь на самом пике айсберга. Понимать мне предстоит ещё много. И времени на это уйдёт предостаточно. Не недели, не месяцы. Возможно, годы или даже десятилетия.

По пути домой я приобрёл ещё еду. Тот же набор из мяса, хлеба и фруктов. Чтобы мы с отцом могли протянуть ещё пару дней. Добромир — мужик упёртый. Возможно, он уже сидит в своём кабинете.

Если мы будем работать вместе, то долг Харитону — это сущие пустяки. Мы закроем его всего за пару дней.

— Эй! Лад! Иди-ка сюда! — как только я собрался покинуть рынок, за моей спиной послышался знакомый голос.

Я уже знал, кому он принадлежит. Это Третьяк.