Сначала тот меня не видит, давая указания охранникам. Потом резко останавливается и хмурит брови. В его глазах читается неподдельная ярость.

— Ты! Какого черта ты тут забыл? — дерзко бросает он.

Видно, не помнит, как его слуга молил пощадить недоноска. Что же, могу повторить процедуру, но сначала попробую по-другому.

— Здравствуй, Сергеев, как жизнь? Что-то ты сегодня какой-то злой. Не помнишь, как мы в поезде ехали? — спросил я, играя на публику.

— Что? Ты на что намекаешь? — немного смутился парнишка.

— Не на что. Пока что. Надо поговорить. Идем, посидим пять минут, — сказал я, резко став серьезным, и посмотрев в глаза высокому лбу.

— Мне некогда. Я не собираюсь с тобой…

— Спокойно. Это выгодно тебе в первую очередь, — обрываю желтоволосого тоном, не терпящим возражений.

Кажется, Степан понимает, что к чему. Приказывает охране постоять у машины. Сам идет со мной в парк, пытаясь сыпать угрозами. Но он не в той ситуации, чтобы диктовать свои правила.

Вскоре мы садимся на лавку, и я начинаю беседу. Аккуратно интересуюсь, знает ли патриарх Сергеева о его поведении в поезде, а главное, что он проиграл дуэль и получил позор вместо смерти.

— Ты на что намекаешь, скотина? Я тебе не позволю, — хрипит в ответ желтовласый.

Тогда быстро поясняю, что не хочу конфликта. Поэтому не стану рассказывать семье парня о том происшествии.

— Но мое молчание, разумеется, не бесплатно. Ты тоже должен мне немного помочь.

— Я не собираюсь платить какому-то наглому выскочке! — выпаливает Сергеев, при этом видно, что он начинает сыпаться.

— Хех, мне даром не нужны твои деньги. Услуга за услугу, причем тут это, — спокойно поясняю ему.

Дальше подробно рассказываю о Дарье и делишках Сергеева старшего. Интересуюсь, не может ли Сергеев надавить на папашу, чтобы тот отвалил от Третьяковой. Реакция желтовласого слишком странная.

— Ммм это да, сам не знаю, почему отец так зациклен на той девчонке. Кстати, она ничего, хоть и довольно странная. У нее в принципе сиськи такие, что я бы прям подержался, — задумчиво отвечает Сергеев.

— Кхе-кхе, может хватит? Она моя двоюродная сестра, — соврал, чтобы не вываливать все как есть. — Как насчет давления на твоего патриарха?

— Нет. Точно нет. Он у меня тот еще самодур, я ему не указ, — скорбно пожал плечами Степан.

Он внезапно превратился в загнанного сопляка, который тщетно хочет понравиться своему отцу. А злость и пошлость — это лишь защитная реакция. Выходит, парень не такой уж плохой.

Я сразу это почувствовал и решил продолжить беседу.

— Погоди, я все понимаю. Тогда давай так, просто будешь мне сообщать, что творится. Не хотелось бы, чтобы сестру убил киллер или что-то еще. Я клянусь, что не буду портить твою жизнь. Но и ты помоги спасти жизнь моей родственнице, — сказал, пытаясь быть максимально миролюбивым.