— Не-нет, — замотал головой слуга, все еще находясь в шоке. — Не гости. Это собрание рода-с. По важному поводу-с.
— Хм, собрание, говоришь? Интересно, — процедил я, почесав подбородок. Собрания дворянских семей просто так не проводят. — И по какому поводу собрались?
Слуга внезапно рассмеялся, отошел в сторону и чуть не упал с тротуара. Потом резко стал серьезным и холодно отчеканил, глядя в мои глаза:
— По поводу вашей смерти, молодой господин.
— Что??? — теперь уже я открыл рот и замер в недоумении.
Глава 3
Императорский дворец. Столица Российской Империи.
Подвальное помещение с круглыми сводами было тускло освещено. Центральную часть заполнял неприятный для глаз желтый свет, а по углам хозяйничал липкий холодный сумрак.
Отделка комнаты была неплохой. Здесь находилось оборудование, мебель и прочее оснащение. Порядок тоже на высшем уровне: пол сиял натертым до блеска кафелем, нигде не было пыли и паутины, пахло приятной свежестью.
А плохое освещение — это специальный ход. К чему слишком яркие лампы в секретной пыточной камере?
У дальней стены находился Павел Сергеевич. Он был с босыми ногами, в растянутых серых штанах. Раздетый до пояса и прикованный к потолку с помощью длинной цепи.
Цепь заставляла ученого стоять на носках, не давая опуститься на пятки или прикрыть живот.
Профессор был сильно избит: на лице виднелись ссадины и синяки, на спине ожоги от раскаленного металла, по бокам синие полосы. Глаза с ужасом смотрели на императора, который в сопровождении военных разглядывал бывшего фаворита.
Самодержец был высоким крепким мужчиной. Выглядел на возраст от сорока до пятидесяти лет. Точнее сказать невозможно. Император перепробовал всё, чтобы остановить старение и жить вечно.
Его волосы и борода были черными, без седины. Но на лице проступали морщины, которые при различном освещении смотрелись по-разному.
Тело императора покрывал повседневный китель. На талии широкий ремень с золотой пряжкой, на котором находятся ножны с кинжалом, украшенные драгоценными камнями.
— Значит ты упустил двойника. Дал ему убить лучших охранников, взорвать лабораторию и уничтожить Аппарат, — в гробовой тишине сказал император. Его голос отразился от стен глухим эхом.
— Нет, ваше величество… Это была ошибка, простите. Взываю к вашему великодушию, — жалобно затараторил пленник, дергаясь и гремя цепями.
— Плевать. Это не самое главное, — махнул рукой император, а после зевнул. — Куда важнее, что Он теперь уничтожен. Единственный в своем роде двойник, служивший мне важную службу. — Мрачно добавил глава государства.