Удар был страшен, сотни и сотни вражеских всадников оказались пронзены насквозь. Сократившееся до семи тысяч всадников, пруссы потеряли еще около тысячи и славяне пробились практически на всю глубину строя.

Еще несколько залпов дали лучники, добавляя разгрома и пошла рубка на мечах и вот тут уже начали самым активным образом сказываться реальный опыт, доспехи и конечно же стремена, что позволяло славянам чувствовать себя в седле более чем уверенно, ну и конечно шипованные подковы, тоже играли свою роль, кони славян стояли на своих ногах крепко, в то время как в образовавшейся хаотичной кутерьме ближнего боя, кони пруссов то и дело поскальзывались и падали.

И только сейчас стронулась конная масса пруссов на левом фланге. Они-то думали, что славяне выберут легкую жертву — пехоту, завязнет в ней и тогда оба фланга конницы ударят с боков по врагу.

Но Рус более-менее помнил историю и знал чем завершился подобный маневр со стороны немецких рыцарей на новгородскую пехоту Александра Невского и как их потом поимели русские витязи. Так что повторять еще не случившейся ошибки он не собирался.

Лучники славян из задних рядов, что остались не задействованы в начавшейся рукопашной схватке, а таких оказалось почти половина, перенесли стрельбу на второй конный отряд пруссов.

Первые потери несколько притормозили вражеских всадников, но главное, что произошло, пруссы фактически заперли свою пехоту, отгородив ее от славянской конницы, по факту сделав ее бесполезной в сражении в то время как союзная пехота под командованием Лукува и Чеха побежала в атаку, при этом прихватив с собой ежи, которые практически катили перед собой.

Вот произошло столкновение левофланговой конницы пруссов со славянами и быть бы славянам окруженными, что всегда очень плохо, но тут подоспела пехота голиндов и на прусских всадников фактически зажатых между славянами, собственной пехотой и пехотой голиндов обрушился град из стрел, а главное дротиков, ведь помимо собственных дротиков по три-четыре на человека, славяне отдали им свои запасы, так что в пруссов полетели тысячи тяжелых колющих снарядов, что произвели просто опустошительное действие, как среди собственно всадников, так и их скакунов ибо промахнуться в такую толпу было просто невозможно, а пруссы ничего не могли сделать в ответ из-за ежей, что разделяли их и врагов.

Произошла еще одна фатальная для пруссов ошибка, когда кто-то из вождей, видя отчаянное положение своей конницы и желая помочь, повел пехоту в обход справа если смотреть со стороны самих пруссов, желая обойти голиндов и зайти им в тыл, в итоге запирая ее в этой ловушке.