Три дня ушло на разделку, драгоценное время утекало как песок сквозь пальцы, но и еда нужна в первую очередь для прокорма огромного количества пленных, на которых собственные запасы рассчитаны не были. Этим мясом и снятой кожей загрузили самих пленников, да так, чтобы едва ноги передвигали и вечером падали от усталости, даже не помышляя о побеге, ну и на марше в каком-нибудь подходящем месте в рывок не уйти с тяжелым грузом за спиной, его ведь не бросить, ибо надежно привязаны веревками.
Глава 18
45
А дальше началась гонка, гонка со временем. Снег начал стремительно таять и если на возвышенностях (в районе Львова) он еще лежал и то лишь в лесах да в ложбинах равнин, то стоило спуститься вниз в долины междуречья Вислы и Саны, как стало совсем тепло, кое-где даже травка стала появляться.
К счастью, на реках еще держался лед. Да, он подтаивал, становился ноздреватым, но еще был достаточно толст, и люди чуть ли не бежали по нему, делая классические пять километров в час. Никого даже не требовалось особо подгонять, все и так все прекрасно понимали и как можно скорее хотели оказаться на новом месте постоянного проживания и успеть отсеяться, а ведь еще нужно вспахать поля.
Уходя, тщательно следили за тылом. Оногуры могли легко собрать еще двадцать тысяч воинов, пусть качеством сильно похуже, и попытаться отомстить, сев на хвост славянским переселенцам и постоянно их терзая. Но степняков все не было, по крайней мере войска, а мелкие отряды, кои все-таки заметили разведчики, были не страшны. Лишь подтянулись первые семьи пленников, что решили сопровождать своих мужей на каторгу. Но «декабристок» пока было немного. То ли не пустили остальных, то ли пока не успели дойти, ведь оногуры заняли довольно большие пространства оставленные славянами и пока вести до них дойдут, пока они сами догонят… но конечно были и те кто сами не захотели разделить горе с мужьями предпочтя пойти второй или даже третьей женой у вернувшихся с поля боя воинов.
Что до армии степняков, то она так и не появилась. Удар по этому союзу племен гуров оказался очень сильным и пленение хана Болгара породило сильный политический кризис и оногурам стало не до мести, они занялись увлекательным действом под названием «выборы нового хана». Процесс этот у всех степняков в четырех случаях из пяти сопровождается ожесточенной междоусобной резней ибо помимо многочисленных сыновей самого Болгара претендовавших на титул хана, на власть претендовали его конкуренты-оппоненты из других влиятельных племен. В общем в степи было «весело».