Неужели я так и умру, в шаге от цели? Внутри меня поднимается ярость. На проклятых чужаков, которых нужно выжечь, очистив планету. Левая рука упирается в пол. На тварей, уничтоживших всё, что мне было дорого. Вторая рука упирается в пол и я рывком, с рыком поднимаю своё непослушное тело. Отстранённо понимаю, что у меня переломаны все ребра, потому что дышать очень тяжело. Изо рта толчками вытекает какая-то жидкость. Неужели я не найду в себе силы подняться на эти проклятые ноги?

— Великая охотница! — раздаётся за спиной смутно знакомый голос. — Подожди, я сейчас помогу.

Крепкие руки подхватывают меня за подмышки и помогают сначала встать на колени, а затем и во весь рост.

— Не так быстро, Владетель Верд! — раздаётся ещё один голос от входа. — Твой боец, конечно, силён, но ни ему, ни всем вам вместе не справиться с Весенним владыкой на территории Великого леса!

— Пей, — губ касается прохлада, и я, уловив знакомый запах целебного зелья, делаю один глоток, а за ним второй. Целительная влага прохладой распространяется по телу, возвращая немного сил. Нахожу в себе силы повернуться к врагу, чтоб встретить его лицом к лицу.

— Как ты здесь оказалась? — спрашиваю сестру Ярослава, которая по прежнему поддерживает меня.

— Богиня просила приглядеть за тобой, — говорит Влада и кивает в сторону старого альва. Глухой рык Сварга, изрядно помятого, но живого, звучит за моей спиной, и я с облегчением выдыхаю. А девушка тем временем продолжает. — Что с этим остроухим будем делать? Я не смогла пробить его защиту, он слишком силён.

— Никто из вас, людишек, не сможет одолеть меня сейчас. Даже ваши светлые боги не в силах навредить мне в честном бою, когда во мне бушует сила «Дара жизни»! — со смехом произнёс Владыка альвов. — А тёмным богам нет дела до этого плана бытия.

Остроухий продолжал что-то говорить, но я уже не слушал. Перед моими глазами стояла искалеченная навка, а в ушах звучали её слова: «Вла-адыка-а будет бла-агода-арен». Враг сам подсказал мне, как выйти победителем в этом бою. Нужно лишь знать правильные слова, чтоб стребовать плату с хозяина Нави.

— Чернобог, я, князь Верд, взываю к тебе! Настал час, когда долг платежом красен! — после моих слов, с трудом произнесённых из-за повреждённого горла, воцарилась тишина. На меня с недоумением смотрели все, даже Сварг.

— Человек, здесь нет твоих богов, никто не поможет тебе. Прими смиренно свою участь, — вновь заговорил остроухий, совершенно не замечая, как за его спиной формируется чёрный вихрь, который с каждой секундой увеличивался в размерах, наливаясь силой. Когда враг понял, что дело нечисто, было уже поздно. Высокая, в полторы сажени, фигура, сотканная из самого мрака, замерла в шаге от выхода из пещеры. А затем раздался шипящий, наводящий ужас голос.