Вы подвергаетесь ментальной атаке. Атака успешно отражена.

Неожиданно напоминает о себе нейроинтерфейс. Шум в голове резко сходит на нет, и я слышу за спиной крики боли.

Выстрел, и стрела по оперение входит в чужеродное буркало. Тварь безжизненным кулем падает в бездну, из которой только что вылезла.

Поворачиваюсь лицом к сражающимся и вижу, что большинство схватилось за головы, бросив оружие, а некоторые до сих пор кричат от боли. Лишь Трогард как ни в чём не бывало орудует своим огромным молотом возле самого большого пробоя, да Сварг возле другого мощными ударами лап отправляет жуков туда, откуда они вылезли.

Из третьего же выбирался многоног. Против него осталось лишь три дружинника, за спинами которых Мастер Кайрат творит какое-то сложное заклинание, да группа гмуров, самоотверженно рвущихся в бой. Саженей десять до них, пока доберусь, тварь окончательно вылезет, нужно спешить.

Ударом латной рукавицы по крупу подгоняю коня, и тот рывком устремляется на почти вылезшую тварь. Какие-то пару секунд разделяют меня с многоногом, но он успевает выбраться, перевалившись через вздувшийся край провала. Бойцы отскакивают, чтобы не попасть под удары щупалец, лишь целитель стоит, продолжая колдовство. Приходится спрыгивать с коня и идти в ближний бой, чтобы отвлечь на себя тварь.

Многоног словно ждал меня. Не замечая ничего вокруг, он начинает двигаться в мою сторону, перебирая длинными конечностями. Сейчас, возвышаясь надо мной на добрую сажень, становится хорошо видно, насколько он огромен. Ну да у меня есть чем приголубить эту гору мяса.

Кидаю на себя «Праведный гнев» и, уклонившись от попытавшегося схватить меня щупальца, взмахом клинка отсекаю его. Шаг, ещё шаг, и вот я почти вплотную к твари, которая, наверное, удивлена и обрадована, что добыча сама лезет в пасть. Видимо, поэтому порождение Бездны не пытается сбить меня с ног или обвить щупальцем, сдавливая и ломая.

Прошлую ночь, проведённую на одной из стоянок подземного пути, я вновь проходил обучение у брата-охотника. И он обучал меня тайным особенностям оружия Аракс. А конкретно, заклинаниям, вложенным в меч. Их было два: «Рассечение», увеличивающее длину лезвия магическим клинком до полутора саженей, что зависело от резерва маны, и «Сокрушение», повышающее силу удара в несколько раз и зависящее напрямую от внутреннего резерва Ярости.

Именно одной из способностей оружия я и собирался воспользоваться. Кидаю на себя «Всплеск ярости», активирую «Рассечение» и наношу удар, не достигая разверзшейся пасти всего пары локтей. Тело твари, не защищённое бронёй, разрезает, словно масло острым ножом, разваливая тушу надвое. Из разреза начинают бить фонтаны чёрной крови, а две половины порождения бездны содрогаются в предсмертных конвульсиях. Фух, получилось. Во сне я это проделывал многократно, и брат даже удивлялся, насколько длинный клинок у меня формируется, а вот в реальности оценить умения меча ещё не было возможности.