— А это не тебе судить, поручик, — насладившись моим испугом и покорным лепетом, моментально успокоился Златовик. — Ишь, как ты гладко стелешь. Не нравишься ты мне, медицина, так и знай. Уж больно изворотлив. Командующий этой частью сообщил в контрразведку, ну а те, понятное дело, доложили нам, что ты с братом подвизался вести расследование недавних смертей насильственного характера.

Я кивнул:

— Ну да, мы предложили нашу помощь. Но из самых благостных побуждений.

— Вы заявили, что якобы обладаете способностями медиумов, заглядывая в прошлое, благодаря общению с тонкими энергетическими полями погибших.

— Всё верно, — вновь подтвердил я.

— Мы оперативно проверили списки столичных специалистов подобного плана, что сотрудничали с сыскными отделами. Твоего имени нет и там, хоть ты и заявлял, что якобы помогал расследованиям.

— Моя помощь была неофициальной.

— Допустим. — Склонил голову набок Златовик. — Хотя, обещаю, мы проверим и это. Ты высказал предбригадиру свои выводы из видений. Якобы видел, кто и как погиб.

— Всё верно. — Пожал я плечами.

— А как по мне, так тут верно лишь одно, — взвизгнув, прихлопнул ладонью по столу вновь вызверившийся на меня орк, — здесь слишком много неподтверждённых «якобы»!

— Здесь всё просто, господин комиссар-майор, — как можно спокойнее и увереннее заявил я. — В военной прокуратуре должны быть отчёты об осмотре трупов. И если ты сравнишь эти данные с моим рассказом предбригадиру, то увидишь, что они полностью совпадают в плане описания характера повреждений и причин смертей.

— А я уже проверил. — Орк резко снизил напор. Задолбали меня эти шизоидные смены его настроения. — Колотые раны в область спины у часового, ссадина на виске замёрзшего пьяницы. Оба случая описаны тобой верно, но подобное можно было и угадать. А про третьего, найденного на окраине города, просто выдумать. Ты сказал, что его сбил неведомая вражеская машина. И никаких подробностей об увечьях, приведших к смертельным последствиям.

— Я просто не думал, что меня будут так досконально проверять. Но, если тебе угодно, я могу припомнить поточнее, как всё произошло.

— Уж будь любезен, — скорчил презрительную мину майор и выудил из папки какой-то исчирканный чернильными каракулями листок, — а я сравню с докладом коронеров, проверявших труп.

Я живо представил бойца, стрелявшего по аэросаням из винтовки. Воспоминания тут же нахлынули, передавая ощущения стрелка.

Он стоял левым боком вперёд, поэтому и удар от наезда в первую очередь пришёлся на эту сторону тела.

Колено, рёбра, рука. Винтовка во что-то уткнулась стволом и долбанула прикладом по правому плечу. Боец даже не пытался отпрыгнуть. Последними жёстко саданули по правой скуле и виску трубки каркасного кожуха, прикрывавшего винт. Это и лишило орка сознания на какое-то время.