— Этого пеленай.
Глава 16
Шаболко, бросив писать, резко обернулся на мой голос. Но больше ничего не успел сделать, поскольку Тимон, молниеносно приблизившись, весьма сноровисто впечатал мордой в стол гнома, заломив ему за спину руку.
— Имеются ли у вас, господа, — насупившись, обвёл нас всех суровым взглядом бранд-майор, — веские доказательства вины моего подчинённого?
— Эта пуговица сорвана часовым с шинели убийцы, — вынул я круглый блестяш из кармана и выложил на стол. — Уверен, в казарме найдутся свидетели того, как лейтенант поутру пришивал к шинели новую пуговицу.
— И это всё⁈ — Вскинул брови майор. — Какая-то дурацкая пуговица⁈
— Ну почему дурацкая? — пожимая плечами, прервал я его возмущения. — Ваша форменная, найденная лично мною на месте убийства. Но, если этого недостаточно, могу уверенно заявить, что часовой был прирезан левшой. Можешь, твоё высокочинство, отправить запрос коронерам, они подтвердят.
— И это всё? — недовольно повторил Бортник. Похоже, мои доводы его не впечатлили.
— Господин майор, — вкрадчивый голос Вдырко напустил мне за шиворот неприятных мурашек, — комиссариат не обязан давать тебе отчёт. Довольствуйся, вон, тем, что тебе сообщили. Остальное не твоего ума дело. А я, значится, хотел бы побеседовать с лейтенантом без лишних свидетелей. И для того намерен воспользоваться твоим, вон, кабинетом.
Бортник, мне показалось, хотел что-то возразить, но не успел. Откуда-то сверху тревожно забрямкал сигнальный колокол, а в кабинет, растолкав стоявших у входа орков, вломился дежурный пожарный:
— Тревога, твоё высокочинство! Возгорание на пятом объекте!
— Что за объект? — Позволил я себе перегородить путь майору, устремившемуся к двери.
— Склад на Озёрной улице. Вот здесь. — Главный пожарный недовольно отшагнул назад и ткнул пальцем в карту на стене. Повернувшись ко мне, рявкнул: — А теперь изволь не путаться под ногами!
— Да пожалуйста. — Я пропустил майора и окликнул Вдырко: — Господин комиссар-поручик, мне кажется, стоит глянуть на этот пятый объект. Вдруг наша знакомая отметилась.
— Оставьте мне пару бойцов и валите, — отмахнулся тайногвардеец, — а я, вон, покамест с этим субъектом пообщаюсь.
Гном разве что руки не потирал от предвкушения. Не удивлюсь, если допросы — его любимое занятие. Даже Тимон, передавая задержанного в руки бойцов Варгонсо, поморщился при виде мерзко ухмыляющейся физиономии комиссар-поручика. А ведь мой братец и сам никогда не стеснялся применять пытки для выяснения правды.
Еле-еле успели заскочить в открытый кузов «Сколопендры», выруливавшей уже из ворот пожарной части на улицу.