Гном, завёрнутый по обычаю всех караульных в толстенный овчинный тулуп, топтался у ворот, разгоняя скуку тем, что периодически взмахивал руками, пугая сидящих на деревьях ворон. Те с диким недовольным гомоном взлетали и кружили в небе, но вскоре упрямо возвращались и вновь преспокойно рассаживались на ветвях ближайших деревьев.
Ружьё у гнома было закинуто за спину. На поясном ремне, побрякивая друг о друга, болтались металлическая фляжка на цепочке и большое кольцо с двумя грубо выкованными ключами, что наверняка подходили к тяжёлым навесным замкам, запиравшим двери сарая.
Наличие большого количества птиц и ветхость охраняемого строения навевали мысли о продуктовом складе. Не знаю, насколько это было важным, но я сделал себе в мозгу пометку, дабы не забыть потом и уточнить этот момент.
На этой же улице, как я смог заметить, находилось ещё несколько нежилых построек. Но охранялась только эта, к остальным даже дорожки в снегу не были протоптаны. Какая-то безлюдная часть города, непонятно почему облюбованная военными для размещения своих припасов. Возможно, хозяева остальных строений не пожелали сдавать их в аренду. Или же напротив, другие помещения не устраивали вояк.
Ещё какое-то время я наблюдал за бессистемными перемещениями неотвратимо впадавшего в унылую скуку и хандру гнома, пока на дороге, ведущей к сараю, не появилась стройная фигурка.
Пуховый платок окутывал голову и покрывал плечи. А короткий цветастый зипун и длинная пёстрая юбка даже издалека позволяли разглядеть изящную тонкую талию и крутые бёдра явно молодой девушки.
Глава 11
— Красавчик, Тимон! — Я радостно хлопнул приятеля по плечу и принялся старательно растирать уши. Не понимаю, почему они у орка не мёрзнут? Дурацкая выпендрёжная шляпа, надо бы закинуть её подальше к чертям собачьим да вновь начать обычную папаху носить. — Наш это мертвяк, однозначно наш. И я тебе больше скажу: он и тот гном, что в колодце утонул, это звенья одной цепи.
— Ты же сказал, — удивился орк, — что там случайно всё вышло.
— Так и было, — уверенно подтвердил я, с трудом поднимаясь на одеревеневших ногах, — утопленник стал случайной жертвой. Но его, как и того часового, убила наша загадочная девица. Просто первый не вовремя на её пути встал, а второй склад какой-то охранял. Вот и получил нож в спину. Точнее, в печень и в сердце. Не воспринял девушку как опасность, за что и поплатился.
— Выходит, его так же, как и часового орка в Старокулуйске, порешили. — Тимон задумчиво почесал подбородок.
— Почти, — подтвердил я и принялся скакать на месте, размахивая руками. — Заход за спину и несколько точных ударов по жизненно важным органам, — я, как смог, изобразил удары ножом. — Одна школа или, даже вернее, одни руки. Хотя в Старокулуйске на убийце была мужская одежда, но кто сказал, что это не могла быть переодетая девушка? Я практически уверен в этом. И сильно подозреваю, что аэросанями тоже она управляла. Здесь у колодца, когда гном фонарём по лбу огрёб, у нашей незнакомки с лица платок сполз. И я заметил выбившуюся из-под него длинную тёмную прядь волос. Но главное, успел разглядеть свежий шрам над губой. Там же, где у водителя саней ссадина была. И глаза такие же, как в случае со старокулуйским часовым: карие и чуть раскосые. Красивые такие, необычные. В общем, я всё больше склоняюсь к версии, что это одна и та же девица орудует. Хорошо обученная и натасканная убивать.