Правда на меня, оставшегося сбоку, он тоже не переставал коситься. Видимо, пытался решить для себя, надо ли пресмыкаться ещё и передо мной или я тут «не пришей рукав». Ведь не интендант, судя по нашивкам, да и звания не столь высокого, однако одет богато и здесь вряд ли нахожусь по делам, относящимся к медицине.

— Весь во внимании и к вашим услугам, господа, — на всякий случай гном, с трудом провернув голову на толстенной шее, чуть кивнул и мне.

До моего носа донеслась лёгкая перегарная волна, слегка сдобренная запахом жаренных котлет — похоже, совсем недавно товарищ соизволил подкрепиться и взбодриться небольшой порцией выпивки. А ещё от него малость пованивало потом.

Чуть поморщившись, я решил дистанцироваться от предпоручика. А заодно развеять его сомнения и облегчить задачу, предельно доходчиво обозначив свой статус. И тоже, дабы бедолага не окосел или случайно не свернул себе шею, прошёл от дверей к столу. Поправил далеко отъехавший стул и с деловым видом уселся за рабочее место гнома. Типа я тоже здесь не шухры-мухры какой, и к моим вопросам необходимо так же относится с должным пиететом. А может даже, с ещё большим.

— И так, уважаемый, — выбрал я ту же слегка пренебрежительную форму обращения, что и Тимон, — скажи-ка, много ли чужаков появилось в городе за последнее время? Если конкретнее, нас интересуют молодые гномы, будь то мужчины или женщины.

Сказал и сам же задумался, почему вдруг только молодые? Уж если наша диверсантка склонна к переодеваниям, она ведь может и под старика или старуху загримироваться, чтоб подозрений не вызвать. Присобачит бороду, и поди её узнай.

— Да не так-то уж и много, твоё благочинство, — тем временем выдал Вершигора, окончательно определившись с моим статусом. Не столь высокого полёта я ему птицей показался, в сравнении с орком. — Двое юнцов, совсем уж желторотых, недели две как из села соседнего пришли. Пытались в рекруты податься, посколь красивых речей вербовщиков наслушались да надумали героически полечь за дело правое. Но из штаба-то их погнали, пообещав выпороть, коли ещё раз сунутся. А я их пожалел да к делу пристроил. Не возвращаться же им домой, с позором-то эдаким.

— И при каком таком деле они у тебя? — Заинтересованно глянул Тимон на каптенармуса.

— Ясно при каком, при героическом, — отвечая, хитро ухмыльнулся тот. — В фуражиры я их обоих определил. Еду горячую по окопам развозить. Да не сомневайся, твоё высокочинство, дальше третьей-то линии я их посылать не стану. Так им и опасности почти не будет, и, почитай, всё ж при фронте окажутся.