Поэтому я открыл охоту на гения, даже сильно сомневаясь в том, что он еще когда-либо причинит мне вред.

Удерживая затылок Асуми в своей руке, я стоял, прикрыв глаза, контролируя ток Ки в теле девушки. Мощный источник «яркоглазой» в очередной раз попытался выплюнуть из себя щедрый, но рваный ком энергии, грозящий разнести каналы хафу в клочья, но был «придушен» мной, и теперь мучительно выводил аккуратный дозированный шар, который «впритирку» пройдет от груди к ноге, затем к ступне, которая уже летит в замахе, а затем…

БУМ!

Едва успеваю согнуть руку, чуть отклоняя назад корпус, как в меня врезается летящая задом Асуми, которую я и ловлю, успешно компенсируя довольно сильный импульс. Не в первый раз, и не в последний, что-то мне подсказывает, что девушка готова так летать и дальше. Очень уж ей нравится мощь этих зарядов. Плохо.

— Сосредоточься.

— Я стараюсь!

— Нет, тебе просто нравится улетать голой в мои объятия.

— … хм. Может быть?

— Только не забывай, что твоя грудь состоит из жировой ткани. Каждая такая резкая встряска ослабляет связи в твоих железах, Асуми, так что, вполне возможно, лет в двадцать пять они у тебя будут уже свисать как у престарелой мартышки.

— А… А… Акира-ааааааа…!!!

— Шар должен детонировать минимум в двух метрах от тебя. Минимум.

— Си-иськи…

— Ничего страшного, моя мама сделала себе, так что и ты сможешь поправить себе всё. Только не трать моё время понапрасну.

— Никто меня не любит… Мана гоняет, ты ругаешь, Саеко-оба-сан полотенцем стукнула… — продолжала кривляться Хиракава.

— Ты пыталась отхлебнуть её кулинарного сакэ. Всё, одевайся. Время для вашего спарринга с Маной, а мне пора заняться делами. Буду в компьютерной, беспокоить только если что-то важное случится.

Охота за гением на втором плане, главное, чем я собираюсь заняться в это воскресенье — Плаксой и её альянсом. Подозрения Конго оправдались целиком и полностью, та девушка действительно работала на главного бухгалтера этой огромной банды, выполняя для той множество черновой работы. Пусть и втемную, пусть не зная пароли, зато покойница прекрасно запомнила множество адресов, по которым отправляла отчеты.

Странная девушка. Она была искренне уверена в том, что совершенно не заслуживает смерти. Не той, быстрой и легкой, что подарил я, не той, что ей светила по японским законам, когда осужденный может десяток лет провести в мучительно полусогнутом положении, подчиняясь жестокому ежедневному распорядку, а затем быть расстрелянным. Люди — великие мастера самооправдания.

Как я и подозревал, у альянса сукебан было мощное прикрытие, совершенно несоразмерное тем доходам, которые приносили несколько тысяч буйных отмороженных девиц. Наверное, они даже не окупали эти дополнительные затраты, но факты были у меня перед глазами. Рассылая шпионы и следилки, маскируя их в рекламных письмах с адресов различных брендов, я всё больше убеждался в том, что всё движение сукебан — это серьезный проект, организованный со стороны.