— Конечно сделаем! Эй, лакей, прими ставку! Пять миллионов деревянных на то, что худой ляжет в первые пять минут! По миллиону на минуту, ха-ха!

Я старался не смотреть ни на кого из развалившихся на диванчиках и креслах гостей, но все равно вычленял взглядом отдельные сцены. Вот какой-то мужчина в расстегнутой до груди рубашке с оттяжкой хлопает по заднице здешней официантке, принесшей ему новую порцию выпивки. Девушка в ответ лишь мило улыбнулась, желая гостю приятного вечера, хотя внутри нее все клокотало от гнева и ненависти.

А вот сидит в обнимку парочка — молодая красотка и пожилой господин. Рука старика по-хозяйски бродит по ее фигуре, то щипая за выступающие части, то поглаживая, а его спутница только хихикает и томно вздыхает, прижимаясь к нему еще теснее. Но на самом деле, она преисполнена отвращения и желания поскорее отсюда уйти. А следующими я увидел двух с виду приятелей. Они оживлено что-то обсуждали, практически не обращая внимания на происходящее вокруг, периодически прерываясь на смех и громкие дружеские хлопки по плечам. Но не смотря на яростно демонстрируемую друг другу симпатию, внутри каждого из них царила черная непроглядная трясина, что была ни чуть не светлее моего дара. Один ненавидел другого, как самого заклятого врага, а второй настолько истово завидовал своему компаньону, что вообще удивительно, как он сумел растянуть губы в улыбке, находясь в его обществе.

Эти лицемерные картины, которые благодаря своему дару я читал за доли секунды, разворачивались за каждым вторым столиком, и любая из них трогала меня, словно это была моя личная обида. И как бы я не пытался внушить себе, что это меня не касается ни в коей мере, моя эмпатия делала свое дело, заставляя воспринимать всю окружающую грязь так, словно это плевок в мою душу.

М-да, Серж, как же быстро ты отвык от высокого общества. Какие-то полтора месяца, а ты уже с огромным трудом выносишь подобное соседство, как же потом работать будешь? Или это всему виной стремительно развивающийся дар?

Ответа я на свои вопросы так и не нашел, и когда все-таки добрался до клетки, то был уже мрачнее грозовой тучи на ночном небе, и даже не сразу догадался разглядеть своего соперника. Я на пару секунд вообще будто бы выпал из реальности и забыл, зачем здесь нахожусь.

Так, Сергей, соберись! Я отвесил себе мысленную пощечину, заставляя мозг собраться и сконцентрироваться, проверил по ментальной связи каждого из марионеток, в особенности своего затаившегося в алькове диверсанта, и рассмотрел, наконец, того, с кем мне придется сейчас драться.