«Может быть, Хаттори-сан. Сейчас мы этого уже не узнаем»
Резко, смело, решительно. Самонадеянно.
Это он, внезапно понял Ивао, чувствуя ледяной холодок между лопаток. Ни доказательств, ни единого прямого факта, даже намека, но… это он. И… в то же время — не он. Того хакера, кто обрушил свой гнев на Сингапур, а потом превратил главного провайдера Японии в сломанное посмешище — уже просто не существует, как не существует примерного ученика Акиры Кирью, подававшего большие надежды весьма серьезным людям. Когда стало нужно, даже необходимо,этот Акира Кирью быстро и безжалостно избавился от обоих. С гарантией.
Медицинский комплекс, отслеживающий сердцебиение Ивао Хаттори, испуганно пискнул, когда в тщедушном теле, скрытом металлом и пластиком, неожиданно сильно забилось сердце детектива, внезапно осознавшего, что он не сможет попросту притащить этого юного гения в главный офис Специального Комитета и учинить тому настоящий допрос. Человек, устроивший уже две катастрофы, спокойно придёт в школу, а затем спокойно пойдет домой, заниматься своими делами, жить своей жизнью.
А Хаттори пойдет заниматься другими делами, сделав вид, что никаких подозрений к Акире Кирью у него нет. Спящему Лису предложили сделку… и он примет её условия.
Тот, кто дважды сотряс мир — может и повторить.
Даже из тюремной камеры.
Особенно — из неё.
Глава 10 Удой с хаоса
Если бы у меня кто-нибудь спросил «в чем сложность обучения элементарным бытовым знаниям у стада боевых мужиков, в головах у которых одни мускулы?», я бы ответил, что сложность несет только объяснение, что это им вообще нужно. Стоит привести конкретный пример, доходчиво рассказать хотя бы о том, что товар в магазинах не возникает волшебным образом, как у этих костоломов просыпается интерес в преподаваемом предмете. И чем дальше зайти — тем выше этот самый интерес.
— Сенсей!
Это был первый мой серьезный «сенсей» в заброшенной деревенской школе Огасавары.
— Сенсей, — повторил тот самый чемпион подпольных боев Северного Канто, — Можно подробнее о этом… ценообразовании?
— Конечно, — кивнул я, оглядывая притихший «класс», где почти все с огромным уважением уставились на задавшего сложный вопрос, — Вкратце, это будет звучать так…
Авторитет. У этих людей нет ни времени, ни навыков, чтобы воспринимать информацию как положено, от элементарных до комплексных понятий. Они слишком стары, закоснели, их стиль жизни давным-давно определен. Но, если они верят человеку, делящемуся с ними знаниями, то могут воспринять простой конечный вывод. На веру. Вода мокрая, огонь горячий, не все очкарики — мертворожденные уродцы, чья жизнь бессмысленна и посвящена суете.