Сволочь, автоматом как-то подумал Рюичи, слыша разгневанный рёв Горо Кирью, с легкостью перекрывший шум и крики этой страшной зарубы. Какая же сволочь растёт. И ведь даже…
— Он восьмерых положил, — хмуро пробормотал Джотаро, — Больше меня. Давай уж тут сам, я пошёл.
Они побеждали, уверенно и необратимо, но Огава, кинувшийся наперерез очередным двум придуркам, решившим убиться об краснорукого демона-садиста, вовсе не чувствовал, что у этой победы будет хороший вкус.
Скорее, очень поганое послевкусие самых отвратительных и дерьмовых предчувствий.
Глава 5 Перемены
— Мне очень жаль, старик, но твой внук прав, — нехотя выдал старший инспектор Сакаки, промокая себе лоб салфеткой, — От начала и до конца.
— Вы… с ума там посходили, что ли? — почти через минуту потрясенного молчания выдал Горо Кирью, — Вы действительно собираетесь стравливать их всех, а потом расстреливать?
— Кто-то, и это не мы… — тяжело уронил представитель Комитета, — … выкинул на улицы и популяризует синтетическое Снадобье, Кирью-доно.
— Невозможно…
— Возможно, старый друг. Еще как возможно. То, что произошло у вас… скажу прямо, — инспектор поднял глаза на разъяренного мастера додзё, — Если бы не твой внук, то исход был бы иным. Этот исход и предполагался, тем, кто выше нужен был сильный, звучный прецендент. Аракава подходила больше всего.
— Иным? — мастер Джигокукен грузно обрушился на своё место, — Отвлекающими были «надевшие», да? Нас должны были перерезать притворившиеся избитыми бандиты?
— Да. Или пристрелить. Акира и здесь отметился, — повернувшись ко мне, инспектор поклонился, — Спасибо тебе, Кирью-кун.
— Не за что, — пожал плечами я, — Лучше продолжайте его убеждать. Этому старому пню не хватило даже зрелища тех отбросов с револьверами…
— Ты калечил людей!! Беззащитных!!! — в который раз взревел Горо, вынуждая меня досадливо поморщиться, — Да в кого ты такой?!!
— Заткнись, идиотский мордобойный кретин!!! — выдал почти визг заслуженный сотрудник Комитета, — Не видящий дальше своего носа! Идиотина! Нечего сказать, дуболом старый — сиди и практикуй речь, которую бы готовил сейчас на похороны своих учеников! Прими реальность, старый осел!
Затем инспектор Сакаки схватился за сердце и принялся умирать. Откачать нам его получилось, да и Бивако-сенсей была как раз в додзё, так что всё окончилось благополучно… если не считать совершенно сокрушенного Горо Кирью, до которого лишь сейчас начала доходить вся серьезность ситуации. Старик…
— … я слишком проникся этой жизнью, внук, — горько уронил погрузневший пра-прадед, вновь усевшись за свой стол, — Мне тяжело поверить в то, что всё так резко изменилось. Нас хотели просто зарезать… кто? Кто-то в Комитете? Чтобы создать шумиху? Протолкнуть новые решения…?