Пролог
Утро… Я встретила у мольберта.
Да, каюсь. Не смогла уйти спать, пока не нарисовала наш с Сашей бой.
Сначала эскиз, затем другой…
Внезапно в руках оказалась кисточка, а потом…
Наступило утро.
Правда, сначала я отступила на шаг от холста, придирчиво изучая результат, и только потом поняла, что незапланированные розовые отблески на картине — ничто иное, как рассвет, и удивленно обернулась.
Ага…
Вот черт!
Звонко поцокав, подошла к окну и снова выпала из реальности, впитывая в себя краски нового дня и медленно, но неумолимо подступающей осени. Небо пыталось укутаться в разрозненные перистые облачка, но было уже больше голубым, чем синим, из-за деревьев с местами пожелтевшей листвой игриво выскальзывали золотистые солнечные лучи, а облака смущались и нежно розовели от их касания.
М-м, красота!
Тут же метнувшись к маленькому мольберту, я взяла в руки пастельные мелки и буквально за двадцать минут сделала яркий жизнеутверждающий набросок. Улыбнулась…
И вернулась вниманием к основной картине.
Так-так…
Саша снова получился непривычно крупным, мощным и яростным, как истинное пламя, причем из одежды на нём была лишь львиная шкура, прикрывающая бедра, как на каком-нибудь герое античных времен, в руке полыхал гладиус, сотканный из сгустка чистейшего пламени, а на лице, которое ну о-о-очень отдаленно напоминало его нынешнее, застыл азарт и предвкушение.
Кожа смуглее, волосы темнее и одновременно рыжее, а глаза ярче. Вокруг него ярилось пламя, дыбилась потрескавшаяся земля и воздух дрожал от запредельных температур и стремительности схватки, но при этом стихии именно поддерживали и подпитывали бойца, а не мешали.
Себя я… тоже изменила. Светлее и длиннее распущенные волосы, больше глаза, восторженно приоткрытые губы, из одежды лишь серебристо-голубая туника до колен с пряжкой в виде знака бесконечности на левом плече и в руках не копьё или сабля, к которой я уже привыкла, а оружие, напоминающее хопеш — некий гибрид сабли, серпа и топора, но с более широким и изогнутым лезвием. При этом само оружие было тоже не из металла, а из стихии, причем даже не возьмусь сразу сказать какой — нечто сияющее, звездное, и одновременно эфемерное.
А вот это интересно!
Хопеш — это Древний Египет. Оружие элитных воинов и даже фараонов. И чем дольше я смотрю, тем сильнее мне хочется самой подержать это оружие в руке.
Неужели очередной привет из прошлого? Но… Мой Древний Египет и местный — из одной вселенной?
Я уже, если честно, запуталась!
Изучив картину от и до, добавила парочку мазков в одном месте, немного теней в другом… Отступила снова и удовлетворенно кивнула.