С улыбкой кивнув тёте Розе за то, что зрит в суть и способна манипулировать окружающими гораздо тоньше княжича, я послушно подхватила Николая под руку, но стоило нам сесть по машинам, как сразу поняла, что особо лучше не стало — Евтушенко был смурнее тучи.
— Что такое? — спросила обеспокоенно. — Что-то болит?
— Нет, Ева, — супруг качнул головой, едва уловимо морщась. — Ты же знаешь, моя стихия — воздух…
Он повернул голову ко мне, но я терпеливо ждала, что он скажет дальше.
— При должном желании, я слышу всё.
Твою мать…
Глава 4
Тут же прокрутив в голове всё, что умудрился наговорить мне Данилка-дебилка, я сморщила нос и крепче сжала локоть Николая.
— Не сердись, — попросила, прижимаясь к его плечу щекой. — Ну что с дурака взять? Пытается выглядеть умным и коварным, а на самом деле выставляет себя идиотом. Не порть себе настроение из-за этого ушлепка. Пожалуйста.
Я прекрасно расслышала сдавленный хрюк мужа, а когда подняла к нему лукаво улыбающееся лицо, то увидела и на его губах улыбку. Ещё не самую явную, но было видно — настроение Николая развернулось на сто восемьдесят градусов.
— Вот как ты так умудряешься найти в сложном смешное? — спросил он.
— Потому что нет ничего сложного, — улыбнулась ещё шире. — Правда. Все эти сложности по большому счету лишь фикция. Ну да, он княжич и весь такой из себя коварный и расчетливый, но на самом деле он всего лишь зарвавшийся мальчишка, которому не дают поиграть в приглянувшуюся игрушку. Всё, что он может — это говорить гадости впустую. Он жалок.
— Ох, крамольные вещи говоришь, Ева…
— Говорю, как есть, — пожала плечами и бросила косой взгляд на водителя, который и ухом не повел, хотя уверена, что слышал нашу беседу от и до. Вот только это был наш человек, принесший магическую присягу роду, другим Саша наши жизни не доверял. — К тому же он не наш князь. И слава стихиям! Кстати, а как ты относишься к скачкам?
— К скачкам? — озадаченно переспросил супруг.
— Ага.
— Да вроде… никак?
И посмотрел на меня ещё внимательнее.
— А хочешь сходить на скачки? — зашла немного с другой стороны.
Евтушенко усмехнулся.
— Судя по твоему виду, хочу. Где и когда?
— В следующую субботу, — улыбнулась я широко и беззаботно. — Помнишь, графа Головина? Мы ему нашего жеребца отдали. Отдали же?
— Да, я отвез его лично.
— Вот! Он совладелец ипподрома Альворадо в Раменском. Между прочим, очень и очень популярное у аристократов место. И ходить там почти не надо. Посетим?
— Всё, как пожелает моя деятельная супруга, — с улыбкой произнес Николай и, завладев моей рукой, поцеловал самые кончики пальцев, чем немало смутил.