Подозреваю, Саша догадывался, чем я займусь, оставшись одна. А может просто перестраховался.
О том, чем я собираюсь заняться, я предупредила лишь профессора, остальным сообщив, что хочу съездить к родственникам за Урал. К каким? Не уточняла. И неважно, что по документам я сирота. Кто вообще об этом знает? Родня же всякая бывает. Даже троюродная.
— Ева, я… — профессор выглядел взволнованным, когда я сообщила ему о своём решении. — Не знаю, что сказать. Знаешь, с того момента, как вы с Сашей появились в моей жизни, я словно заново обрел смысл существования. Вы мне как дети…
Он неловко улыбнулся.
— Знаю, я хреновый папаша. Да и цель у меня была изначально… Сама знаешь, какая. Но если ничего не получится — не упорствуй. Слышишь? Черт с ним, с этим упырем. Сам сдохнет рано или поздно. А тебя я по глупости потерять не хочу.
— Всё будет хорошо, пап, — улыбнулась я ему, подаваясь вперед и крепко обнимая. — Мы родились только благодаря тебе. Я ценю это. Спасибо тебе за всё. Обещаю, этот выродок заплатит за всё. Я поставила себе контрольный срок две недели. Если не буду справляться, то просто подорву его. Будет грубо, но действенно. Всё, не думай о плохом. Лучше пожелай мне удачи.
— Удачи, Ева. Ни пуха, ни пера.
— К черту!
Глава 21
Оставив в особняке всё, что могло хоть как-то связывать меня с графиней Евтушенко, но прихватив дешевенький чемодан с дешевыми вещами и нужную сумму наличными, а так же заранее созвонившись с нужным человеком, занимающимся изготовлением фальшивых документов, ранним утром я накинула вместо привычного пальто невзрачный осенний пуховичок и покинула дом на автомобиле, за рулем которого сидел сам Константин. Ему я сказала почти правду о том, что мне необходимо собрать информацию о враге рода, а значит какое-то время меня не будет на связи. Контрольный срок две недели. Но если вдруг я срочно понадоблюсь дома, пусть дает объявление через городской портал о том, что в администрацию требуется специалист по решению конфликтов. И я позвоню ему в тот же день.
На меня, конечно, посмотрели… С укором. Но я не прониклась и сам Константин не посмел мне перечить. Всё-таки я графиня, а он всего лишь капитан гвардии.
В итоге мужчина высадил меня возле крупного торгового центра в Мытищах, куда я вошла ещё с лицом Евы Евтушенко, но после того, как часик посидела в туалете и одну за другой активировала файлы с новой внешностью, вышла уже невзрачной Машей Ивановой неопределенных двадцати лет.
После этого прокатилась за новыми документами, отдав за них почти все деньги, и весь следующий день обживалась в съемной квартире, а вечером наблюдала за проходной НИИ и людьми, которые шли домой в первую очередь пешком. Преимущественно за невзрачно одетыми женщинами.