— Кошмар, — хохотнул Сашка, качая головой. — Нет уж, в таком случае питомец лучше. Его хотя бы к косметологу водить не надо!

— Ой, да что бы ты понимал, — рассмеялась тоже. — Между прочим, острые коготки и белые зубки тоже сами по себе не появляются.

Так, болтая о всякой ерунде, мы добрались до «Олимпа», всех поприветствовали со всеми переобнимались, а потом я заявила:

— Итак, господа олимпийцы, прошу минутку внимания! Мы с Аресом посовещались и решили активно поучаствовать в вашем посвящении, привнеся в него нужную нотку не только торжественности, но и реального волшебства. А посему… Прошу всех старших богов-инструкторов, младших олимпийцев и кандидатов подойти к вопросу максимально серьезно и ответственно. Грузимся по машинам и едем за нами! Обещаю, этот день отпечатается в вашей памяти поистине знаменательным событием!

Окружающие начали озадаченно переглядываться и переговариваться, но предупрежденные о нашей затее Гефест, Кронос и Фобос быстро навели порядок, и уже через десять минут мы выдвинулись в сторону Карабановской аномалии на четырех машинах.

В этот раз набралось довольно много народа: мы с Сашей; Тюменцев, Карамазов и Орешкин; Ярослав, Матвей и Влад, а так же кандидаты в полноценные олимпийцы — Федот, Макар и Павел. Последние двое — относительно молодые мужчины (до тридцати), кто раньше работал на Карепанова-старшего.

На КПП уже знали о нашем визите, так что пропустили безо всяких проволочек, ну а потом, пройдя от силы двадцать метров по магически измененной земле, я скинула свой рюкзак в тачку, которую прихватил предусмотрительный братец, ему же вручила копье, которое взяла сегодня в качестве основного оружия, и предельно серьезно попросила всех присутствующих принести мне клятву о неразглашении всего, что тут сегодня произойдет. Ибо будет твориться магия, в том числе редкая, тайная, родовая.

Мужчины прониклись и клятва была произнесена.

А потом я снова попросила, но на этот раз уже о другом: отвернуться буквально на пять минуточек.

Мужики озадачились, но послушались.

— Я всё, — сообщила присутствующим веселым тоном, избавившись от лишнего, а когда они повернулись и уставились на меня в откровенном шоке, рассмеялась и поправила на голове золотистый ободок в виде лаврового венка, а затем расправила и складочки шелкового одеяния. — Итак, господа боги и герои, пора проверить вашу решимость в реальном бою. Айда за мной!

— Ева, чтоб тебя… Александровна, — первым отмер Тюменцев и сердито сверкнул единственным глазом. — Сдурела? А ну, оделась!

— Неа, — улыбнулась ещё шире и наглее. — Да не сердитесь вы так, Гефест Зевсович. Я полностью отдаю себе отчет в происходящем, клянусь. Мы изучили свою аномалию от и до, прямо сейчас и именно мне, — я выделила тоном последнее слово, — ничего не угрожает. А вот нашим кандидатам…