Алеся растерянно похлопала ресничками, так и не сообразив, что не так. А вот Матвей догадался. Беззвучно чертыхнулся… И взял всю вину на себя.

— Это я. Не подумал. И что теперь? Штраф, да? — Он хмурился и пытался понять по моему лицу, что я обо всем этом думаю.

— Ну, учитывая то, что задеты честь и достоинство графа Евтушенко, чья жена предстала перед людьми в неподобающем виде… — я посмотрела ему в глаза, — одним штрафом тут, боюсь, не обойтись. К сожалению, ты не аристократ, так что вызвать тебя на дуэль он не может. Да и здоровье не позволяет.

— Дуэль? — пискнула Алеся. — Какая дуэль⁈ Ты что? Почему дуэль? Ты с ума сошла?

— Во-первых, — я повернула голову к ней и отчеканила ледяным тоном, — не ты, а ваше сиятельство графиня Евтушенко. Во-вторых, ты только что обозвала меня сумасшедшей при свидетеле…

— Ева! — напряженно перебил меня Матвей, делая шаг, чтобы заслонить от меня свою глупую сестрицу, словно действительно думал, что я сейчас на неё наброшусь. А когда я мрачно посмотрела на него, поднял руки и примиряющим тоном произнес: — Ваше сиятельство, прошу… Я виноват и отвечать мне. Ваше решение?

— Матвей, ты правда думаешь, что я поверю, что виноват ты один? — Я выразительно выгнула бровь. — Ещё скажи, что сам на портал заливал и сам описание составлял. И комментаторам сам от ее имени отвечал… Да?

Корепанов поморщился, ведь понимал, что это будет уже слишком явная ложь. Но всё равно продолжал стоять между нами и напряженно ждать моего вердикта.

— В общем так, — произнесла жестко. — Запятнав честь олимпийцев глупым, а самое главное порочащим честь поступком, Алеся больше не вправе именоваться Афродитой. Она не охотник, она не проходила посвящение и она настолько бестолковая, что до сих пор не понимает, что вообще происходит.

— Эй, я не бестолковая! — Алеся обошла брата и сердито уставилась на меня. — Ну да, я не знаю законы. Но это же не преступление!

— Уверена? — Я посмотрела на неё так уничижительно, что она смутилась и снова спряталась за брата. — А теперь представь, что кто-то (допустим, я!), сейчас снимет тебя на видео… Допустим, без лифчика. И выложит это в сеть. Что будет?

— Меня? Почему меня? Я не дам! — возмутилась она, а Матвей аж побагровел от возмущения, но пока молчал, ведь я лишь говорила, но не действовала.

— А я разве буду спрашивать твоего разрешения? — снова заломила бровь.

И вот тут она начала что-то понимать…

Но всё равно возмутилась:

— Ты на тех фото прилично одета!

— Алеся… — Я терпеливо вздохнула. — Я замужняя графиня. Я обязана блюсти честь и достоинство рода. А теперь загляни в свой блог и подсчитай количество удаленных комментариев и забаненных комментаторов. Все они написали про меня гадости. Все! Меня называли шлюхой. Потаскухой. Блудницей. Моего мужа называли рогатым извращенцем, если он допускает подобное. Меня причислили к любительнице групповух, зоофилам и назвали профессиональной порноакрисой, а видео — прелоюдией к оргии, которая произошла дальше. Всё это написали люди, которые «всего лишь полюбовались» нашими фото.