стресса, еще одна смертельная угроза… я не уверена, что коллективная психика это выдержит. Мы можем получить не рабочих, а паникеров и кататоников. — А без этих ресурсов мы получим трупов! — парировал Карпов. — Я не предлагаю штурмовать эту крепость. Только дроны. Дистанционная разведка. Оценим обстановку. Если там хоть что-то шелохнется — сворачиваемся. Но если нет… это шанс. Кенджи Такахаши до этого молчал, анализируя потоки данных. Наконец, он поднял голову. — Анализ рисков и выгод. Вероятность враждебного ответа от объекта, учитывая его состояние и время нахождения во льдах, стремится к статистическому нулю. Ценность возможных данных, судя по схожести технологий с Артефактом, превышает совокупную ценность всех наших текущих знаний. Вывод: операция оправдана. Но только в режиме дистанционного зондирования. Никаких выходов. Звягинцев наблюдал за спором, не вмешиваясь. Он видел не аргументы, а лица. Фанатичную уверенность Вадхвы. Холодный страх Келлер. Профессиональную озабоченность Белькасем. Он видел, как Арики, обычно ярый сторонник скрытности, сжавшись в углу, вдруг пробормотал себе под нос, глядя на схему энергоотсека пришельцев: — Там… могут быть схемы защиты. Лучшие, чем наши. То, что поможет нам лучше прятаться… Этот шепот, казалось, переломил незримую чашу весов. Звягинцев медленно поднялся. Все замолкли. — Решение за мной. И оно такое: утверждаю ограниченную разведку. Только дроны. Карпов — руководитель операции. Келлер — тактическое прикрытие с мостика, ты контролируешь все сканеры и готовишь корабль к немедленному отходу, если что. Такахаши — обработка данных в реальном времени, — он обвел взглядом всех, и его взгляд, до этого уставший, стал твердым и обезличенным, как сталь шлюзовой двери. — Первая аномалия, первая непонятная активность — хоть мигающая лампочка — и мы сворачиваемся. Это не дискуссия. Это приказ. Капитан не ждал ответа. Развернулся и вышел, оставив их в комнате, где теперь висел не просто спор, а конкретный, смертельный риск, который он только что на себя взял. * * * Мостик «Светлячка» встретил Звягинцева гробовой тишиной, нарушаемой лишь монотонным гудением жизнеобеспечения и тихим щелканьем сенсорных панелей. Воздух был холодным, будто системы корабля экономили тепло на всем, включая комфорт экипажа. Виктория Келлер не повернулась к нему, ее взгляд был прикован к тактическому голографическому проектору, где висела схема ледяного спутника d-7. Ее поза была идеально прямой, вышколенной, но на затылке читалось тотальное, ледяное