В виде микровключений по границам зёрен. — Бор? — переспросил Карпов. — Бор, — подтвердил Аджей, и в его голосе зазвучала нотка азарта. — При определённых условиях он может вступать в контролируемую экзотермическую реакцию с фтором. Не взрыв, а быстрый, очень локализованный разогрев именно по границам зёрен. Если мы сможем подать на контактную точку парочку нужных реагентов в правильной пропорции… — Мы не химическую лабораторию таскаем, — оборвал его Карпов, но уже думал. — Но у нас есть плазменный резак, — тихо сказал Чин. Он поднял голову, и в его глазах, обычно пустых, мелькнула искра. — Низкоамперный, в импульсном режиме. Плазма — это ионизированный газ. Если настроить его на смесь, богатую фтором, и подать кратковременным точечным импульсом… теоретически, можно инициировать нужную реакцию только в поверхностном слое. Это была авантюра. Чистая импровизация. Но другой идеи не было. — Делай, — просто сказал Карпов. — Но если запахнет жареным — отходим. Все. Чин кивнул. Он сменил насадку на резаке, подключил к нему крошечный баллончик со специальной очищающей смесью, которая, как он знал, содержала фтор. Настройки менялись на лету, основываясь на расчётах, которые Аджей тут же скидывал ему на планшет. Это был танец на острие бритвы между гениальностью и катастрофой. Он прицелился. Все замерли. Даже дыхание, казалось, остановилось. Короткое, почти неслышное пщщ — и ослепительная, точечная вспышка голубого света, длившаяся миллисекунды, ударила в место контакта первой клипсы. Раздался тихий, высокий пинг, похожий на звук лопающейся натянутой струны. На тепловизоре точка контакта вспыхнула ярко-белым и тут же погасла. — Первая клипса… — Чин запустил сканер. — Микроспайки разрушены. Клипса свободна. Механизм не повреждён. На мостике «Светлячка» Ван дер Вегт выдохнул: «Боже правый, он это сделал». Звягинцев не проронил ни слова, но его сжатые кулаки разжались. Чин, не теряя темпа, перешёл ко второй клипсе. Пщщ. Пинг. Третьей. Четвёртой. Пятой. Каждая операция занимала меньше минуты. Каждая была безупречной. Когда последний тихий звон прозвучал в тишине, Чин отложил резак. — Все клипсы разомкнуты. Панель удерживается только собственным весом и остаточным вакуумным прижимом. — Он посмотрел на Карпова. — Готово. Можно открывать. Взяв в руки небольшой вакуумный присоскосъёмник — стандартный инструмент для работы с гладкими панелями в невесомости, который и в гравитации мог пригодиться — Карпов попробовал прислонить его к поверхности. Присоска скользнула по пыльной