раз, когда он прижал её к поверхности и откачал воздух, уплотнение сработало. Манометр показал слабый, но стабильный вакуум под присоской. — Контакт. Тяну. Алексей приложил усилие. Сначала ничего. Потом раздался глухой, тягучий звук, будто отрывали липучку размером с дверь. Панель дрогнула и сдвинулась с места на сантиметр, открыв чёрную щель по всему периметру. — Ещё, — прошептал Карпов, меняя хват. Чин и Аджей подхватили, ухватившись за открытый край голыми руками, уже не боясь повредить древнюю пыль — теперь важно было не уронить саму панель. С ещё одним низким, стонущим звуком, которого не слышно было бы в атмосфере, но который передавался через их перчатки и кости, прямоугольная плита полностью отделилась от стены. Она была тяжёлой, неожиданно массивной. Они аккуратно опустили панель на пол, прислонив к стене. Пыль с её тыльной стороны осыпалась тихим серебристым дождём. Перед ними зиял тёмный, квадратный проём. Казалось, сама тьма внутри была гуще, плотнее, чем в тоннеле. Луч фонаря Карпова, пронзив её, выхватил узкую, вертикальную шахту, уходящую вниз в кромешную черноту. Стены шахты были из того же тёмного сверхсплава, но здесь на них виднелись аккуратные ряды пустых креплений, словно когда-то здесь было проложено нечто, позднее демонтированное или уничтоженное. Толстые, оплавленные на концах кабели свисали с кронштейнов, как окаменевшие лианы. Карпов сделал шаг ближе, и в этот момент его и всех остальных шлемы отозвались лёгким, синхронным виииип — предупреждение от внешних датчиков. На внутренних дисплеях, в углу зрения, замигали новые показания. — Фиксирую движение газа, — тихо сказал Чин, глядя на свои приборы. — Микроскопическое. Перепад давления при вскрытии. Температура… стабильна. Но состав… — он замолчал, вглядываясь в поток данных. Аджей уже изучал спектрограмму на своём планшете. — Азот, аргон — как снаружи. Но… — его брови поползли вверх. — Примеси. Следы озона. И что-то ещё. Очень слабый, нестабильный изотопный сигнал. Ксенон-124? Нет, не совсем… Инертный газ, но с аномальным периодом полураспада или… — Он покачал головой, разочарованный. — Фон слишком низкий. Невозможно идентифицировать без стационарной лаборатории. Но это не естественный состав. На мостике «Светлячка» Такахаши, получив те же данные, наклонился к микрофону. — Капитан, Карпов. Зафиксированное вещество… это не просто атмосфера. Возможны следы технологических процессов, связанных с высокоэнергетическими системами. Озон указывает на электрические разряды, возможно, в далёком