Я искренне надеялся, что артефакты попадутся уже скоро, как в тот раз попался мне отличный янтарный камень. Но вокруг ничего, как назло, не было и мы все дальше заходили вглубь. Миновали прямой коридор, вышли к развилке.

— Теперь куда? — спросила Дарья.

Я подошел сначала к одному зеву входа. Потом к другому. Эманации сильней ощущались справа, поэтому я кивнул:

— Сюда.

— Смотри! — воскликнула Дарья, указывая куда-то в сторону и подсвечивая фонариком.

На стене висела медная табличка, богато украшенная. Из-за старости она окислилась, но наплавленные на нее из другого черного метала буквы читались хорошо. Табличка гласила:

Сiя штольня

есть навѣчно во владѣнiях рода Шпагиныхъ, врученныя дарствѣннымъ цѣннымъ подаркомъ самимъ Импѣраторомъ, Его Вѣличествомъ Михаиломъ I

графу Борiславу Шпагину,

сыну Агафона,

за вѣликое дѣло аго и помощь нѣоцѣнiмую

— «…за великое дело его и помощь неоценимую», — с трудом прочитал я до конца.

— Подарок самого Императора! — удивленно произнесла Дарья. — Борислав Шпагин — это отец Луки.

— Теперь понятно, как попала эта шахта к нам во владение.

Табличка эта была ценной, и я еще раз пробежался по ней взглядом, запоминая текст и расположение ее самой на месте.

Мы продолжили путь, свернув в правый поворот. Туннель тут уже был не такой высокий, и ровный, казалось, что его рыли вслепую, лопатами. Дорожек от вагонеток тоже видно не было. Зато магические эманации ощущались сильней. Рваные и неровные, они то колючим потоком обжигали лицо, то приятно ласкали, навевая дремоту.

В какой-то момент мы вошли в волну магического фона, такого плотного, что свет от фонариков начал дрожать и мигать. Дарья принялась трясти фонарь, думая, что в нем сели батарейки.

— Нужно было проверить перед выходом! — проворчала она, все внимание сконцентрировав на приборе.

И не заметила, как серая тень проскочила совсем рядом с ней.

А вот я заметил. Вскинул пистолет, но не выстрелил — неведомое нечто уже скрылось во тьме.

— Дарья! Не отвлекайся!

— Да тут фонарь… — вновь моргнул свет.

И погас — у меня и у сестры.

Твою мать!

Вновь что-то проскочило рядом с нами — я почувствовал запах псины и едва слышимый шорох тела, то ли лап, то ли крыльев.

— Дарья! Осторожно! — воскликнул я.

И тяжелая конечность вдруг пролетела в считанных сантиметрах от головы — раздался отчетливый свист воздуха. Надсадный хрип раздался где-то над головой. Я вскинул пистолет, выстрелил. Но пуля прошла мимо, звякнув о камень. Промахнулся? Нет, просто попался на ловушку искривления. Монстр использовал какой-то хитрый конструкт, который искажал его истинные размеры, не давая понять, куда стрелять точно.