— У вас на груди табличка с именем, — поспешно ответил я.
Роза пристально посмотрела на меня. Протянула:
— Верно. Послушай, парень, моего совета. Это не самое это лучшее место для таких, как ты.
— Это для каких таких? — не понял я.
— Для интеллигентов и аристократов.
Я хотел возмутиться. Сказать, что это же я. И вновь прикусил губу, на этот раз вовремя. Все верно. Роза видит во мне не Кричевского, который когда-то даже клеился к ней и пьяным пару раз дарил цветы. Сейчас она видит перед собой ухоженного мальчика в дорогой школьной одежде, явно из другого общества.
— Хорошо, — кивнул я. — Я скоро ухожу.
— Чертовски правильно, паренек, с твоей стороны, — согласилась Роза и вернулась за стойку.
Я вновь принялся таращиться на дверь, ожидая, когда зайдет Гезе.
Его все не было.
Но вместо него в бар зашли двое, и я удивленно вытаращил глаза. Двоих посетителей я знал, причем одного из прошлой жизни, а второго — из нынешней. И оба мне не нравились.
Первого, того, что был из прошлой жизни, звали Бритва. Говорящее прозвище не врало — этот сутулый хмурый мужик мастерски управлялся с бритвой, превратив это умение в свой основной доход. Но работал он не цирюльником и людей не брил. Он их убивал. Профессиональный убийца, хладнокровный, жестокий. Порой жертвы даже не понимали, что происходит — лезвие лишало их жизни безболезненно и быстро. Чик! — и на тот свет.
А второй знакомый, из нынешней жизни, был моим старшим братом Борисом Шпагиным…
И судя по непринужденной беседе с шутками и смехом эти двое очень хорошо друг друга знали.
Глава 5
Вот так номер! Интересно, что они обсуждают? Уж явно не премьеру балета.
Водитель Юра говорил, что Борис заказал машину на двенадцать часов для каких-то своих дел. Видимо вот эти дела сейчас и решает. А какие дела можно решать с профессиональным убийцей? Уж явно не хозяйственные и не любовные. Парень решил кого-то заказать, я был в этом уверен. И хищная улыбка Бритвы подсказывала — ему подкинули работенку с щедрым вознаграждением.
Осталось только выяснить кого решили завалить. Кого-то по службе? Или из семьи? Велимиру Ивановну? Или меня? Все версии имели под собой основание — мы были наследниками рода. А намеки на то, чтобы избавиться от меня уже были — Борис говорил про школу и предстоящие экзамены, которые если я не сдам, то пойду по миру.
Эх, послушать бы поближе, о чем они там болтают.
Я раздумывал о том, чтобы незаметно подсесть ближе, но парочка, быстро выпив принесенный коньяк, поднялась с мест, пожала друг другу руки и вышла. Преследовать их не стоит, опасно. К тому же в бар зашел еще один мой знакомый.