— Но так же нельзя! — с горячностью воспротивился Александр, — это же дестабилизация страны, постоянная напряженность! Она ни к чему хорошему не приведёт!

— Напротив, Саш! Любая страна всегда стремится к стабильности и всеобщему благоденствию, но эта цель ошибочна. Стабильность вызывает застой, закостенение и препятствует развитию, — Мария легко спрыгнула с диванчика и отставила пустую вазочку, — от всеобщего благоденствия у нас дворяне начнут с жиру беситься и искать, куда бы приложить все свои таланты и буйные головушки, что вызовет ещё большую и главное неконтролируемую дестабилизацию. А так развитие возможно только при наличии лёгкого хаоса. Отец этим и занимается. И вот здесь самое главное — удержать баланс! Пока Мышкин и Орлов покусывают и интригуют друг с другом, вовлекая в это по необходимости другие семьи, им некогда бунтовать против вводимых порядков. Мы же получаем столь необходимое шаткое равновесие, где порядок определяет устойчивость и развитие, а лёгкий хаос не даёт системе закостенеть.

Александр хмурился и даже прикусил губу, с недовольством уставившись на сестру. Та подошла к нему со спины и обняла за шею в попытке успокоить.

— Умом я понимаю резоны отца, — наследник престола чуть расслабился в объятиях, — но всё моё существо противится тому, что ты говоришь!

— Саш, это всё дар. Ты у нас справедливый донельзя, но всегда таким быть вредно и для тебя, и для империи. — Мария разомкнула объятия и чмокнула брата в щёку, умело переводя разговор на другую тему, — а что за роды? Крупные?

— Да нет, мелкие: Крысины и Комарины. Крупным я бы не дал согласия ни при каких условиях! Ещё нам внутренней гражданской войны не хватало, — фыркнул наследник престола, — а так и волки сыты, и овцы целы. Вроде и старые порядки уважили, и малой кровью отделаемся.

Мария нахмурилась и в задумчивости принялась теребить серьгу в ухе. Спустя пару минут принцесса подошла к стоящим вдоль стены стеллажам и начала торопливо просматривать корешки любовно подобранных книг. Искала она недолго. Выхватив из дальней полки толстенный фолиант в бархатном переплёте, Мария уселась на пол и стала быстро листать страницы с собственноручно сделанными пометками.

Александр заинтересовано наблюдал за сосредоточенной сестрой. Такой её могли видеть только домашние: умная, целеустремлённая, с отличной памятью и личной картотекой на большинство дворянских семей в империи. Для остальных же существовала маска взбалмошной, капризной интриганки. Если бы Мария родилась мужчиной, то вполне могла бы посоперничать с Александром за статус наследника престола. Алекандр прекрасно осознавал все достоинства сестры, а потому отпускать далеко от себя не собирался. Там, где наследник действовал прямолинейно, она находила лазейки и нюансы, действуя тоньше и местами эффективней.