— Так, Миша, давай-ка для верности ещё и клятву о неразглашении. Не хочу я как-то из-за твоей инициативности на опыты государственные пойти.
— Ой, вы и это слышали? — смутился тёзка, но клятву о неразглашении покорно повторил.
— Слышал, но я не постоянно на связи, поэтому подслушивания можешь не бояться.
Мы скомкано завершили общение, ибо время не терпит, и разошлись в разные стороны.
Но не успел наш отряд продолжить охоту на крыс, как одновременно отозвался Шёпот и Маура.
— Семья Крысина у нас. Вывезли двух жён и дюжину детей. Плодовитый крыс оказался, — отчитался командир диверсантов.
— Потери среди наших и среди гражданских?
— У нас трое тяжёлых, мы сообща подлатали их, но нужен лекарь. Гражданские не пострадали. Среди воев Крысина потери от двадцати до тридцати человек, точнее сказать не смогу. Мы не считали, когда взрывали казарму.
— Пользуйтесь свитками перехода и уходите в школу, — отдал я приказ Шёпоту, — там есть Жива, она — маг жизни, окажет помощь раненным. Да и спокойней там пока, пойдёте в усиление. У нас тут неожиданное подкрепление организовалось, да и парочка тузов в рукаве припрятана. Должны справиться.
— Принято! — отозвался командир диверсантов.
Голос Мауры на фоне спокойного и уверенного тона Шёпота звучал нервно, она даже стала по-кошачьи протягивать гласные.
— Баурон! Они гоутовят что-то убойноуе!
— Ритуал или артефакт? — попытался уточнить направленность угрозы.
— Артеуфаукт!
— Принял! Спасибо! — поблагодарил я Мауру и тут же позвал Шёпота, — покажи-ка мне, как выглядят жёны и дети Крысина!
Командир если и удивился, то виду не подал, показав часть воспоминаний о семье нашего врага. Я постарался максимально бережно передать эти воспоминания Тэймэй.
— Приняла! — отозвалась иллюзионистка.
— Дорогая, твой выход!
Глава 10
Аркадий Иванович нервничал, но не подавал виду. Почему-то ему казалось, что Хмарево они должны взять без проблем и препятствий. Все подходы к поместью были известны и заблаговременно изучены. Ожидалось, что две сотни магов снесут защитников единым слаженным ударом. Да и не было там защитников. За две недели восстановления родового гнезда Комариных он видел от силы десяток слуг в форме. Ни тебе гвардии, ни воев, никого. Поместье должно́ было достаться ему на блюдечке с голубой каёмочкой.
Аркадию Ивановичу, конечно, донесли, что сопляк вступил в права наследования, и что покровитель даже попытался убить Комарёныша, дабы не допустить войны и попадания земель в собственность Крысиных, но это было уже не важно. Барон выжил, и Аркадий Иванович был этому несказанно рад.