Аркадий Иванович смотрел на меня со смесью страха и зависти.
— Тварь! Как ты смог получить двух богов в покровители⁈ Это запрещено! Это запрещено! Так не должно быть! — Крысин сорвался на противный визг под конец, заметив, что защитная плёнка всё истончается по мере присасывания новых лоз. Аркадий Иванович практически исчез в живом алчном клубке, пытавшемся до него добраться.
— Нет! Это императорский щит! Ты не можешь! Никто не может! Нет! — последний истеричный визг Крысина потонул в жадном чавканье дорвавшихся до него лоз. Мутная сфера вокруг него лопнула словно мыльный пузырь. Хищные лозы подняли его в воздух и просто разорвали на части, не дав упасть на землю ни единому кусочку плоти.
Я стоял посреди кровавой вакханалии, плохо соображая, что сейчас произошло. Лозы одна за другой тёрлись о меня, словно живые змеи, и истаивали туманом. Когда последняя из них растворилась, я явственно почувствовал хруст в бедре. Не понимая, что происходит, я смотрел, как из раны выпадают осколки кости, ранее бывшие зубом Фенрира. Артефакт оказался одноразовым, что не могло не радовать.
В воцарившейся тишине сквозь остатки кровавого безумия пробился отчаянный зов Маркуса по кровной связи:
— Барон, если вы ещё нас слышите, запрашиваем помощь! Они не пошли на школу, они вырезают гражданских!
Глава 11
Решение отправиться в школу было спонтанным, продиктованным эмоциями и ситуацией в целом, но осуществить его сразу не вышло. Всё потому, что Андрей захотел идти с ними.
— Света, я же тоже лекарь. Я тоже могу помочь, — насупившись, смотрел из-подо лба племянник.
— Андрюш, не можешь. Магам до совершеннолетия вообще не рекомендуют использовать силу, — Светлана терпеливо объясняла мальчику прописные истины, которые он не мог знать в силу возраста и отсутствия должного воспитания. — Не до конца сформированные энергетические каналы могут не выдержать и сгореть. Ты больше не сможешь лечить.
— Свет, я не это имел в виду, — взгляд мальчика стал строже и будто бы даже взрослее. — Я знаю, чем промыть рану, как кровь остановить, чтоб дождаться помощи. И многое другое. Жизнь с отчимом научила. В конце концов, я могу просто быть на подхвате.
— Андрюш, ещё не факт, что мы сами сумеем выбраться. Больше, чем уверена, отец уже отдал приказ не выпускать нас из особняка. А свитки Тэймэй могут вести куда угодно. Мы сами будем прыгать на свой страх и риск.
Мальчик поник, склонив голову, и сжал ладошки в кулачки. Внутренняя борьба отражалась на его бесхитростном лице. Спустя полминуты Андрей выдохнул и произнёс:
— Я всё понимаю, идите. Пусть хоть кто-то поможет Михаилу.