— Не должны были, — после минутного раздумья ответил Данила Андреевич, — разведшкола ведомственная, вне зависимости на землях какого рода находится.

— Поздновато вы об этом вспомнили, — прокомментировал я реальную ситуацию. — Теперь второе. В результате проигравший род теряет имущество, указанное в вире, либо его эквивалент — это либо я все земли Крысиным, либо они мне свои?

— Поскольку точной площади болот не было указано в документах, эта трактовка наиболее вероятная, — Орлов, наконец, отвёл взгляд.

— И то есть никого не смутило, что мои земли раз в десять больше, чем его? — я был удивлён, поражён и раздосадован, но на ум приходили исключительно нецензурные аналоги.

— Это упустили из виду.

— Эти ваши члены комиссии при Канцелярии императора не о***ли ли часом? — я уже в открытую смеялся над абсурдностью ситуации.

— Михаил, не кипятись, — попробовал было успокоить меня Орлов, вот только я не нервничал ни капли.

— Фамилии подскажите голосовавших за войну или самому узнавать?

— Там было равенство, и решение принял наследник престола, — рявкнул Данила Андреевич, — ему тоже мстить пойдёшь?

— К компетенции наследника у меня тоже вопросы есть, знаете ли! — рявкнул я в ответ. — Если сюзерен не держит клятву в отношении вассала, то вассал может считать себя свободным от клятвы служения!

— Михаил, остановись! Это измена!

— Да ладно? — я откинулся на спинку стула, с улыбкой рассматривая взмокшего Орлова. — То есть забыть о существовании вассального рода, защищавшего червоточину в другой мир, полный ужасных тварей, и дать фактическое разрешение окончательно нас вырезать под корень — это не измена? Прикрывать собственную задницу от внутреннего расследования вместо того, чтобы отдать под имперский суд убийцу, интригана и изменника — это не предательство? И, наконец, зажать меня в рамки древнего закона, по которому я даже к дружественному роду не могу обратиться с просьбой о помощи, а времени собирать наёмников просто не остаётся — это не измена? — я встал и сверху вниз посмотрел на министра, — вы лично, министерство обороны и престолонаследник со всей императорской семейкой постоите в сторонке, пока нас будут рвать на куски. И это вам я должен служить?

— Меня настоятельно просили дать тебе вкусить крови, — словно последнее оправдание пробормотал Орлов.

— Крови? Мне? — я оскалился, чуть наклоняясь к Орлову, дабы встретиться с ним взглядом, — прольются реки крови, в которых Крысин и весь его род захлебнётся! И если хоть кто-то посмеет мне сказать, что я не в своём праве, реки с лёгкостью поменяют своё русло.