— Завидуешь? — отозвался Андрей, намеренно поддевая сестру и провоцируя на откровения.

— Принцессы не завидуют, принцессы заносят в список на устранение! — огрызнулась Мария.

— И что же тебе мешает это сделать?

Мария уже открыла было рот, чтобы ответить, но тут же захлопнула его и отвернулась, сердито пыхтя и разглядывая в окно автомобиля осеннюю серость столицы. В руках она беспрестанно теребила батистовый платок, обтрепав его края так, что кружево местами оборвалось.

Андрей внимательно рассматривал сестру и, наконец, понял, что не так. Маша боялась, но очень старалась не подавать виду, пряча страх за злостью, ревностью и возмущением. Чего могла бояться принцесса Российской империи и в будущем второй человек в государстве?

Андрей не обманывался расстановкой сил в своей семье, где первородность играла такую же роль, как и личностные качества наследника. Будущий правящий тандем Александра и Марии должен был принести государству гораздо больше пользы, чем единоличное правление Александра. Но об этом прямо никогда не говорилось, а Мария прекрасно справлялась с ролью взбалмошной красотки, гулёны, сплетницы и светской интриганки. Собственно, даже увлечённость принцессы Комариным подавалась в семье как личная блажь, дабы остальные члены императорской фамилии не рассматривали Машу в качестве сколько-нибудь серьёзной особы.

— Она представляет опасность для империи? — рискнул предположить Андрей, подталкивая сестру к продолжению разговора.

— Н-нет, — несколько колеблясь, но всё же с запинкой ответила принцесса, — скорее её устранение может навлечь опасность.

— Тогда в чём дело?

«В том, что дети Комарина и дикарки потенциально будут иметь уровень магии выше, чем у Императора», — подумала Мария, но ничего не ответила вслух.

Пусть оракул и ответил, что не видит потомства от их союза, но Мария хотела быть уверена на все сто процентов. Устранять кого-либо из этой парочки оракул настоятельно не советовал. Единственный выход, который она видела, — это прибрать Комарина себе.

* * *

Я чувствовал себя не на своём месте, в отличие от Агафьи. Та споро раздавала команды, которым большинство вояк, как ни странно, подчинялись. Снять магоподавители со Светланы было некому, она была без сознания, поэтому подхватив девушку на руки, я отправился на выход.

Там нас встречали не только бойцы имперской службы безопасности, но и два десятка моих кровников с воями. Причём между двумя службами сейчас разрастался конфликт, грозящий перейти в боевое столкновение. Безопасники напирали, что на территории объекта, обеспечивающего государственную безопасность, сейчас проводится спецоперация. Посторонним вход, въезд, да хоть вполз запрещён, а мои напирали, требуя пропустить их для охраны главы рода. Увидев меня, они разом успокоились, а вот безопасники наоборот активизировались.