— Сбил, так сбил! — рыкнул император. — Волчицу зарезал, Андрея и Искандера Кёпеклери вместе с Медведевым в кому отправил, а самой княгине что-то повредил по части магии. У неё начались неконтролируемые всплески двух стихий.

— Его заставили замолчать? — Мария мысленно размышляла, успели ли устранить Эквадо, чтобы он не разболтал лишнего, но внезапно вспомнила отцовский язвительный комментарий про отчёт и напряглась.

— Пропал он. Думал, к тебе слинять успел. Хотел предупредить, чтоб была осторожней, — уже более ворчливым тоном добавил император, проявляя отцовскую заботу, несмотря на то, что дочь его неимоверно разозлила.

— Спасибо, пап, — принцесса по достоинству оценила этот жест, разглядывая в окно автомобиля бескрайние северные просторы, укутанные снежным покрывалом. — И признаю, я была неправа.

— Маш, мне твоё «неправа» куда прикажешь засунуть? Если узнают, что мы против собственных вассалов воюем чужими руками, нашу репутацию ни один отбеливатель не спасёт.

— Пап, я всё исправлю! — попробовала было заикнуться Мария, но получила резкий отпор.

— Нет уж, держись от всей этой семейки подальше. Я сам разберусь. А то не было печали, пока детки-помощнички не подросли.

Принцесса смиренно согласилась с отцом, хоть и знала, что не выполнит обещание. Стоитему приказать, и она вынуждена будет выполнят всеего желания. У неё просто не будет выбора.

* * *

Два месяца назад, Кремль

Мария Петровна лишь внешне была спокойна. На самом деле её пытливый разум усиленно решал задачку со многими неизвестными под названием «Как заполучить себе Михаила Комарина». Как ни прискорбно было признавать, но принцесса осознавала, что тот не считал Марию — главным призом в гонке за лучшее место у власти. Нет, он её, скорее, считал чумой на оба его рода: Комариных и Виноградовых. Такая как есть, властная, целеустремлённая, себе на уме и с упрямым характером, она бы, может, и была ему под стать, но без довеска в виде императорской семьи. На её памяти это был первый человек, не жаждущий въехать верхом на Марии в рай. Хотя сама Мария была и не против такого «заезда».

Видя его возможности, Маша хотела заполучить себе Михаила любыми способами. И визит к оракулу ни капли не снизил градус её желания. Вняв предупреждениям на счёт незнакомки в шкурах, принцесса всё же решилась на отчаянный шаг. Она обратилась напрямую к Кречету.

Пустив себе кровь и нарисовав силуэт кречета, пикирующего с неба за добычей, Мария принялась истово молиться покровителю рода. И хоть её часто сравнивали со змеёй из-за гибкости, нрава и родственников по матери, но молилась она покровителю отца и была всецело ему предана.