Ковчег молчал долго, но всё же ответил:

«Теоретически — да, практически — лучше бы ей на тот момент быть от тебя беременной».

«Это обязательное условие?»

«Нет, но в этом случае автоматически активируется протокол „Наследник“, и в целях сохранения Великого дома перенесёт в родной мир всех твоих отпрысков».

«Хреновый какой-то протокол, — не согласился я. — У меня накануне жену и сына чуть не угробил маг смерти, передумав в последний момент. Йордан слился с душой сына, потеряв приоритетность в принятии решений о защите, а сын смог своей волей отменить перенос».

«Намучаетесь вы ещё с ним, — хмыкнул ковчег. — Но я подумаю, как обойти его прямой запрет на будущее».

«Уж подумай, будь добр», — не стал спорить я, а сам задумался над одним вопросом, который и поспешил тут же задать ковчегу:

«А есть какое-либо существо, которое этот мир пропустит сквозь защиту и с радостью примет? Такое вообще возможно в теории?»

Ковчег рода замолчал, зато ответил адамантий:

«Нас он примет с радостью. Адамантий приветствуется любым миром на любой стадии его развития».

А у меня внезапно родилась идея.

«Ты же слышал весь наш разговор?»

«Слышали, — не стал отпираться разумный металл, — мы и видения наблюдали вместе».

«Тогда у меня к тебе будет просьба…»

* * *

В Хмарёво я вернулся к тому же разбору семейных секретов, от которых и ушёл. И это было так по-женски, не успеть за ночь во всём разобраться, что я невольно хмыкнул. Именно поэтому дипломатические службы чаще всего состояли из мужчин. Те за пять-шесть часов успели бы напиться, передраться, разобраться и примириться, а у женщин всё только переходило в опасную фазу. Зато женщины были незаменимы в разведке и шпионаже.

— Дамы, — встрял я посреди разговора, за что и заслужил сразу три гневных взгляда, — предлагаю почистить этому суициднику память зельем забвения и подбросить обратно домой. У меня других дел по самое горло.

Я ожидал услышать бурю возмущений, но возражений не последовало. Наоборот, сёстры Агафьи предложили свои услуги по доставке племянничка на родину.

— Сама отвезу, — рыкнула баронесса, — а то он у вас урной с пеплом доедет до Мантуи.

— Никто никого и никуда не повезёт, — оборвал я все споры. — Дамы, — указал я на сестёр вампирши, — если ко мне у вас нет вопросов, то не смею вас задерживать.

Брюнетка демонстративно вздёрнула бровь и поинтересовалась:

— Это вы нам на дверь указываете? Бессмертным себя возомнили?

— Можете повторить мне эти слова, если я вдруг окажусь у вас в спальне без приглашения, — не стал я сдерживать сарказм, ядом плещущийся в голосе, характеризуя абсурдность нынешних претензий от незваной гостьи. — А пока я веду себя максимально дипломатично после всего увиденного и услышанного, предоставляя Агафье возможность самостоятельно с вами разобраться.