— Защита и не отключалась, принц. Вы скрылись от чужих глаз, стоило пройти сквозь входную арку, — пояснил привратник и как бы невзначай заметил, — нас ждут.

— Веди.

Голем-привратник отправился в сторону по мощённой камнем дорожке среди зелёного газона, обрамляющего ровные квадраты прудов вокруг палаццо. Похоже, Борромео сильно недооценивали консервацию замков. Как в Абрау полностью отсутствовала разруха, ожидая нового главу рода, так и здесь я наблюдал нечто подобное. Как-то не так я представлял себе поместье, проигравшее в родовой войне. Или же она проходила не здесь?

Пока же палаццо выглядело так, будто слуги ушли на обед, оставив свои посты на краткое время, но незримо следя за своими владениями. Мы шли всё дальше, свернув к отдельно стоящему строению с колоннами из алого мрамора с чёрными прожилками. В лучах заходящего солнца казалось, что по колонам струилась кровь. Судя по нахождению чуть в стороне, это был аналог подземной крипты Комариных.

Привратник остановился у входа и указал рукой в темноту дверного проёма, подтверждая мои догадки:

— Ваши предки ждут вас, принц!

Я смело шагнул внутрь крипты, помня умиротворённое состояние от нахождения среди статуй погибшей родни в Хмарёво. Здесь же такого ощущения не было и в помине. В нос ударил запах свежей крови, чего просто не могло быть за четыре сотни лет консервации замка.

Пришлось спуститься по ступеням на несколько пролётов вниз. При каждом шаге на стенах начинали светиться старинные кованные макровые светильники, выхватывая из темноты детали обстановки в подземном зале.

На входе меня встречала композиция из женских скульптур, демонстрирующих и символизирующих течение времени и неизбежность смерти: младенчество, детство, юность, зрелость, старость. Скульптуры впечатляли своей реалистичностью и драматизмом.

Вдоль стен виднелись сотни, если не тысячи прекрасных статуй с табличками, фиксирующими имена и даты жизни членов рода Занзара. К моему удивлению, я не увидел ни единой взрослой мужской фигуры, лишь женщины и дети… С коронами и без, в бальных платьях и вовсе обнажённые… Всё вокруг просто кричало о богатстве рода: чрезмерный пафос, вычурность, выражения лиц статуй. Но почему здесь не было мужчин? Может, существовал некий порядок погребения? Что-то подобное было у пустынных народов.

Казалось бы, всё, как дома, но нет… ощущение опасности, набатом бившее по нервам никак не ассоциировалось с местом последнего пристанища членов рода.

Я шагал среди статуй и не мог понять, чем же всё-таки отличалась местная крипта от нашей, пока, наконец, не сообразил. Статуи стояли не просто на постаментах. Нет. Каждая из них стояла в изголовье саркофага из такого же алого мрамора, которым облицевали колонны на входе.