Но Кровь лишь покачала головой:

— Ты не поймёшь… никогда, — покачала головой Кровь, кровавой лентой касаясь щеки Саптамы, — безмерно талантливый и столь же безмерно беспринципный. Пока одни готовы уничтожить мир ради собственного вознесения, другие готовы уложить на алтарь себя и собственную кровь ради спасения мира.

— Мёртвым я миру ничем не помогу! — пожал плечами Саптама. — Предпочитаю не идти на столь радикальные шаги.

— Иногда нужно не единожды умереть, чтобы возвыситься, но тебе этого не понять. Именно поэтому мой ответ «Нет!». Предавший однажды, предаст вновь.

Тогда Саптама ушёл, размышляя, что Кровь оказалась ни разу не рациональной в соответствии с собственными жизненными идеалами, а уж чересчур идеалистичной. Но сейчас, занятый рутинной работой, освободившей мозг для размышлений, он вдруг подумал, что неправильно всё истолковал.

«Что, если у неё припрятан туз в рукаве? Ведь зажатые в угол соглашались и на худшие предложения».

Какова вероятность того, что она смогла получить Возвысившегося за сколько?.. Чуть меньше, чем за семь сотен лет после предыдущего кандидата. Остров ведь не вызывали. Да и как бы вызвали, если Обитель лежала в руинах?

А ведь и правда лежала… Саптама вспомнил, как совсем недавно ему пришёл вестник с просьбой помочь в восстановлении места обучения кровавых магов. Тогда Саптама отмахнулся от вестника, как от назойливой мухи. Мало ли в мире энтузиастов, возомнивших себя мессиями. Но сейчас Саптама попытался вспомнить, кем же был подписан вестник…

А он не был подписан. Веретено передало всего одну фразу: «Обитель нуждается в вас, как вы когда-то нуждались в ней!»

«Когда же это произошло? — задумался учёный. — До или после уничтожения адамантиевых маячков для открытия порталов техносов?»

Его пальцы взметнулись над голографическим интерфейсом, вызывая сложнейшую модель вероятностей.

Пальцы мага крови вызвали голографический экран и принялись вводить переменные в сложнейшую математическую модель. На сей раз одним из основных факторов было время. Причём действовал Саптама от обратного. Он собственноручно ввёл искомый результат «Возвысившийся» и после позволил модели самостоятельно подобрать вероятности событий, при которых было возможно подобное.

Понимая, что быстрого результата ждать не придётся, учёный продолжил свою работу, заодно поглядывая на четыре формы жизни, всё ещё не сдающиеся в созданных для них условиях.

Внезапно для него произошло сразу два события: математическая модель вероятностей вдруг запестрила морем ошибок, противоречащих друг другу, и выдала вердикт: «Построение вероятного сценария завершено».