Мы видели тысячи лиц погибших на выцветших гравюрах. Детские игрушки на фоне руин. Письма с фронта.

— В нашем мире мёртвых быстро забывают, эмоции притупляют, оставляя светлую грусть. А вы… храните их память, передавая из поколения в поколение.

— Так и есть, — серьёзно кивнула Оля. — Они не требуют ничего. Ни мести, ни жертв. Просто… нужно помнить.

Мы стояли напротив Вечного огня и долго смотрели на пламя. Удивительно, но огонь, как символ очищения использовался и в напрочь немагическом мире.

«Не такие уж мы и разные, — мелькнула у меня мысль. — Только у нас общим врагом стали твари из прорывов, а здесь за неимением общего врага люди видели во врагах друг друга».

Оцепенение от увиденного не помешало различить в толпе гуляющих людей сжимающееся вокруг нас кольцо.

— Оля, на счёт три ты резко бьёшь волной эмоций, и мы приседаем. Раз, два…

А вместо «три» я услышал:

— Чтоб я сдохла, она ведь полная моя копия!

* * *

На территорию музея въехала парочка на спортивных байках и мотоциклетной экипировке. Экипировка чем-то отдалённо напоминала форму другой пары, что должна была вот-вот выйти из музея к Вечному огню.

Когда байкеры заглушили байки и скинули шлемы, генералу оставалось только выругаться:

— Твою мать!

Пётр Петрович судорожно набирал в МИД, попутно крича в телефон ответственному за оцепление:

— Отставить! Настоящая посольская дочка явилась на огонёк!

Про настоящесть он добавил условно, но хоть одна-то из двух должна быть настоящей, верно?

При этом система распознавания лиц оперативно искала соответствия с изображением второго байкера. Лица мелькали бешеным потоком, пока спустя пять секунд не остановились на одном из медийных заголовков.

«Принца датского Николая лишили титула!»

Рядом красовался портрет смазливого мальчишки лет двадцати-двадцати пяти. Именно этот мальчишка сейчас сопровождал дочь посла к вечному огню. Шли они целенаправленно, уставившись в смартфон Хельги.

— Млять! Теперь точно п*здец! Ещё принца нам не хватало!

— Какого принца? — ответил голос собеседника в телефоне.

— Датского, Сергей Викторович! Датского, млять, ненаследного, Николая!

— Где?

— На Поклонной горе! Идут к своим двойникам шустро! Камеры распознали, даже одеты в байкерскую экипировку, похожую на первых.

— Отставить группу захвата! — раздался рык на заднем фоне. — Там принц датский нарисовался!… Нет, млять, не Гамлет! Установить слежку! Незаметно! Не вмешиваться, пока им не будет угрожать непосредственная опасность!

* * *

Я обернулся и уставился на копию Ольги со спутником, что-то увлечённо разглядывающих в смартфоне. Что удивительно, у них даже форма была чем-то похожа с нашей.