— Внимание! Это Карелов, я отрываю внутренний люк, не подстрелите меня!

— Заходи, Антоний.

В ответ вышел на связь один из запоздало прибежавших боевиков Единых. Он, в паре с обычным, рекрутированным в патрульные, космиком, находился на одном из ближайших к отсеку постов. Поэтому почти успел подловить диверсанта у шлюза, однако «почти» не считается… И теперь встречал здесь Карелова.

Антоний оказался на грузовой палубе В, и сразу взял быка за рога:

— Сикст, что здесь произошло? Где Марсия? — обратился он к боевику Единых и толпящихся рядом пятерым патрульным.

— Пассажиры заметили неладное и сообщили Марсии, пока она делала инъекции гибера детям. С ней были двое наших, плюс она собрала местных патрульных и заблокировала контейнер с подозреваемыми. Потом они их взяли, обыскали и допросили. Марсия допрашивала лично.

— И что? Как одного упустили?

— Не знаю. Все, кто был в деле, погибли. Включая Марсию.

— Проклятье! — Кулак Карелова ударил по переборке рядом с входом в шлюз. — Показывайте!

Один из патрульных повёл их в глубину лабиринта из контейнеров. Идти пришлось осторожно, огибая ослабших, а то и вовсе потерявших сознание беженцев.

— Антоний, — обратился к Карелову один из патрульных. — Марсия не успела сделать инъекции всем детям в отсеке. Часть доз испорчена взрывом. Двое наших продолжают обход детей, но на всех не хватит.

— Проклятье! Я не знаю, как вы будете выбирать, но гибер должен быть обязательно поставлен детям Септима и Кассия. А также Кармелле. Сикст, проследи! А я займусь диверсантами дальше. Ты сказал, что их было несколько?

— Трое. Один выжил и взят в плен.

— Ублюдок, лично выкину его в космос!

С Кареловым остались трое патрульных, они и привели его к месту, где произошло столкновение.

Прижатые магнитами к палубе лежала Марсия и её сподвижники. И висели где-то под потолком тела других убитых — как раз один из патрульных собирался их убрать. А ещё двое с мрачным видом караулили жалко выглядящего сильно избитого и залитого красным беженца.

— Он же сейчас кровью изойдёт в невесомости, кого допрашивать будем? — заметил Карелов.

— Это не его. Подонку повезло. Да и реген я ему вколол на всякий случай, — ответил патрульный.

— Слышишь меня? — Антоний наклонился к диверсанту. — Ты кто такой? На кого работаешь? Есть здесь ещё сообщники?

Ствол его верного двадцать пятого больно уткнулся в шею арестованного.

— Меня Ла… Лаций зовут… Я… я не диверсант… Я случайно… Я бывший робот, мы с Ингварием дружили… Я не знал…

— Что не знал? Говори, ублюдок!

— Я не знал, что он… диверсант. Если бы я знал, то первый бы его остановил. Я и оружия у него не видел…