* * *

Какое, оказывается, наслаждение, просто быть целым. Без боли, ставшей всем твоим существом, без осознания, что после этих калечащих пыток уже никогда не стать нормальным человеком. Просто быть.

Почти бездумно смахнул возникшую перед глазами надпись:Дополнительная характеристика Воля добавлена в ваш список характеристик. Воля +3. Родство к магии времени повышено. Спросил:

— Долго я отсутствовал? — Поинтересовался почти машинально, в ответ на пристальное внимание девчонок.

Ответила мне Маринка.

— Чисто физически ты, Ваня, не отсутствовал вовсе. Минуту молчал только, держа руки на кувшине и не отвечая на наши вопросы. Но мои диагностические заклинания тебя в это время не видели. Скажи, это, в самом деле, так больно, как об этом рассказывают?

— Очень больно. Почти нестерпимо. И очень-очень страшно. — Признался я, раздумывая про себя, как мне с самого начала сделать так, чтобы тот вариант будущего, фрагмент которого показал мне зловредный артефакт, перешел в разряд альтернативных.

И таки на этот раз я решил открыться своим подругам с самого начала.…Ну, точнее, кое в чем открыться. Не зря же кто-то из мудрых и великих, кажется, изрек подобную мудрость: «говори своим близким правду и только правду, но боже упаси от всей правды». Так что изрек только небольшую часть правды, ставшей мне известной из воспоминаний об еще не случившемся будущем.

— Дух, заключенный в этом кувшине, действительно обрекает прикоснувшегося к нему на пытки. Но и дать выдержавшему все мучения он может очень много. Дополнительная характеристика Воля, при ее дальнейшем развитии, позволит, к примеру, тебе, Марина, производить заражение тобой окружающих живущим в твоем теле проклятием исключительно по твоей собственной воле. А еще Воля позволяет эффективно защищаться от происков менталистов, выбирать наиболее эффективные решения для своих будущих действий, более уверенно и качественно контролировать действия своих подчиненных. На самом деле, для руководителей эта дополнительная характеристика одна из самых нужных и важных.

— Было очень больно? — Дрожащим голоском уточнила у меня Маринка еще раз, словно примеряясь к прыжку в холодную воду.

— Невыносимо. Но в той, нарисованной мне духом реальности, выбор стоял между этой самой болью и безопасностью моих родных и близких. И я выдержал. — Кивнул я на этот вопрос.

— Тогда позволь мне… прикоснуться к кувшину.

Хотел сказать «можно, конечно», но горло вдруг перехватило, не позволяя выдавить ни слова, потому просто кивнул. И Маринка, на негнущихся практически ногах, начала свой «путь на Голгофу». А я стоял и молча смотрел….