— Так кто же тебе мешает? Встань на фишку и кури, а я пока буду сворачиваться.

— Ох, Сиделец, не нравится мне твой настрой. За весь день хорошо если пару сигарет выкуришь, да и то только так, от нечего делать.

— Не угадал. За сегодня вообще еще не прикасался к куреву.

— Во! А я о чем. Нет в тебе исключительности, обычный среднестатистический колонист. Тут, считай, четверть переселенцев в течение первого полугодия бросают курить, еще две четверти — в течение года. Вроде и не стремятся к этому, а оно само получается. Тут даже цены на сигареты никто не завышает, да и разнообразия нет, так, с десяток наименований. Неходовой товар.

— Ну, это я уже слышал. Да только чего себя заставлять, если само собой выходит.

— И то верно. Ладно, начинай сворачиваться, а я полез на фишку, — наконец подытожил разговор Семеныч.

Свертывание лагеря происходит в том же порядке, что и разбивка. То есть сначала снимаются растяжки и только потом сети ограждения. Правда, с недавних пор это стало занимать несколько больше времени, чем было раньше. А все благодаря первой, а потому для Владимира особенно памятной стычки с дикими собаками. После этого они решили, что здесь все же не сказка и лучше бы прикрывать друг друга, не полагаясь только на своих четвероногих помощников. Времени это занимает чуть больше, но зато сам процесс куда безопаснее.

Белка в таких случаях все время крутится рядом. Даже не так, она пристегнута коротким поводком к поясу Владимира. Так куда безопаснее. Дело в том, что растяжка расположена на высоте примерно пятидесяти сантиметров от земли, чтобы хищник не переступил через нее. И роста Белки вполне достаточно для подрыва гранаты. А кому нужна такая радость? Вот и приходится все время держать собаку при себе. Кстати, это еще одна причина того, почему отдается предпочтение таким малюткам, как Моська.

Утопить до упора чеку, согнуть усики, отсоединить от кольца карабин проволоки, гранату — из резинового зажима в сумку, в другое отделение — колышек. Пройти до следующего колышка, снять гранату, потом снять колышек с катушкой, смотать проволоку и — переход к следующей гранате.

Рассерженный лай Белки и свирепое цепенящее р-рва-ау-у послышались одновременно. Хорошо хоть Владимир был еще метрах в пяти от предпоследней гранаты, и рванувшаяся вперед лайка не сумела дотянуться до растяжки. Иначе мало не показалось бы никому: ни льву, ни собаке, ни самому Валковскому. А так очень даже терпимо, внезапный рывок повалил охотника на колени, но поводок удержал собаку на месте. Вот такая храбрая — итить ее за ногу!