Ответа как такового коммандеру нафиг не требовалось. Помедлив для порядку секунды три, он начал с того, что активировал сразу несколько голографических экранов, а сам начал набирать команды на сенсорной панели, выдвинувшейся из-под поверхности стола, за которым он устроился. Кажется, «кино казать» будут. То самое, в котором присутствующая здесь кадетская пятёрка в главных ролях. Ну да, а какие могли быть сомнения? Именно это кино и началось, причём с закадровыми комментариями коммандера, зачастую ну ва-аще не лицеприятными, да с частыми остановками и перемотками. Разные ракурсы, вид с той и другой стороны. В общем, имели тут кого с относительными послаблениями, а кого на сухую, да в самой непотребной позе. Про «у всех на виду» упоминать и вовсе не стоило — само сие мероприятие предполагала публичность. Что поделать, армейские нравы даже в среде офицеров отличались, скажем так, некоторой спецификой. А уж какое время, какой мир… кого волнует таких мелочей!
Вот и нас разбирали по косточкам, игнорируя чьи-то попискивания оправдательного типа, равно как и попытки возмущения. Мне, как ни странно, было проще всего, поскольку с самого начала была занята позиция этакого отстранённого созерцания и некоторой пофигистичности.
Если по сути, то Сальвини с ходу получил ведёрный клистир со скипидаром и молотыми кактусами на предмет неумения читать скрытые признаки и искать подвох со стороны противника. А задание… Случается, что оно теряет смысл и требуется не пытаться достигнуть в принципе невозможного и уж тем более не пробовать найти то, чего в принципе не существует.
Арнольду Мареку прилетело за другой недостаток — ту самую ярко выраженную пассивность и отсутствие попыток образумить командира звена. Касаемо того, что Марек подозревал неладное, благо доказательства имелись. Его собственные приглушённые, но не озвученные по каналу связи ругательства, которыми он откомментировал принятое командиром решение.
Отсюда и очень печальный итоговый балл, полученный обоими. Причём Франсуа занял самое «почётное» снизу место, даже с существенным отрывом от Марека. Логично, ведь с командира и спрос самый большой. Он же… Принял неправильное решение, не сумел преподнести это самое решение звену так, чтобы оно было принято. Ну да, ведь де-факто трое из четырёх его подчиненных послали командование на мужской половой орган, прокрутили его вокруг оси фаллоса тридцать три раза, да к тому же сумели остаться целыми и выбраться из грамотно поставленной противником ловушки.
Мы же, то бишь оставшаяся триада, остались «все в белом»… Поверили? А вот и зря! Нам, а особенно мне, влетело по совершенно противоположной причине. Отсутствие способности подчиняться приказам непосредственного начальства. Провокация оного с целью окончательно расколоть звено как единый «механизм», отсутствие желания приходить на помощь неприятным лично для нас персонам. Настоящего желания, а не формально продемонстрированного.