Впрочем, ближе к телу. Тому самому, моему, пробудившему не просто псионику, а довольно востребованную разновидность в качества базы. Что такое эта самая «база»? Первичное, открывшееся псиону с самого начала направление. То самое, которое будет даваться легче прочих и от которого по любому придётся отталкиваться, чтобы изучать остальные. Они, к слову, будут даваться куда сложнее. Предрасположенность и всё тут! У меня ей оказалось то, что вполне можно было назвать менталистикой. Пока что эмпатия, то есть возможность худо-бедно, но чувствовать эмоции других людей на близком расстоянии, а также чисто инстинктивно, самую малость, но влиять на окружающих. Пока что голосом и не на мысли, а лишь на ту же самую эмоциональную сферу. Собственно, в «Старом солдате» это и произошло. Бессознательно, с минимальным эффектом, но факт оставался фактом.

Что мне это давало здесь и сейчас? Направление то поначалу вроде как относительно мирное, хоть и весьма полезное. На самом же деле вся псионика, связанная с влиянием на сознание других, была реально востребованной везде и всюду, в любом государстве. Даже Гегемония Чистоты, на что плевалась ядом в сторону всех псионов, а своих держала буквально на цепи и в ошейнике шипами внутрь, вынуждена была использовать эту часть. По сути, жрецы Гегемонии из числа важных, проповедующих пастве свои безумные идеи, и были теми самыми псионами-менталистами. Двуличие? Несомненно. А разве кто-то вообще в этом сомневался? За исключением, конечно, живых болванчиков внутри самой Гегемонии, больше всего напоминающую секту неопределённой степени тоталитарности.

Тут, в Директорате, к псионике подобного рода относились… куда более мягко, особенно на начальных её стадиях. По ходу дела, имеющихся в мозгах Директоров извилин таки да хватило на то, чтобы не создавать внутри государства совсем уж тягостную для псионов атмосферу. Да и Совет псионов, он хоть и был ручным, прикормленным и практически безобидным, но мог и взбрыкнуть, почуяв угрозу для не столь и малой части себя любимых. Из этого следовало одно — пока не дойду до определённой грани развития — опасаться практически нечего. Разве что пристальное внимание начальства и прочих важных персон, ну так мне оно уже обеспечено по причине весьма высоких показателей псионики. В тени остаться не получилось бы, даже возжелай я этого. Правда подобного желания в моём разуме и не возникало, причём сразу по нескольким причинам. Но это уже отдельный разговор и уж точно не тот, в который стоит посвящать даже как бы самых близких моих тут знакомых.