Эту историю я уже однажды слышал, в первый час после явления императора на свадьбу. Тогда она была рассказана сумбурно и эмоционально, с перескакиваниями туда-сюда.
— Да! А он посмотрел на меня и говорит: «Слава Богу, мать здесь! Уходим!» И повёл нас… Там, знаешь, такая… вроде крепостицы. А я Аркашку к себе прижимаю и думаю: Боже мой, сейчас, если нас догонят, я ведь ничего даже сделать не смогу, только звать на помощь… если кто-нибудь услышит.
Я аж зубами скрипнул, до того мне эта картинка не понравилась. Я развернулся и потянул жену за руку:
— А ну, пошли!
— Куда? — она засеменила следом.
— Тут рядом тренировочная площадка есть. Она должна быть свободна.
ОГНИ И ЩИТЫ
Я оглянулся по сторонам, продолжая внутренне себя ругать. Почему я раньше ни разу не озаботился? Даже мысли такой не мелькнуло: проверить жену на умение заградительный щит поставить или огнём ударить. Просто потому, что у нас этому и девчонок тоже с малолетства учат. Мало ли? Вдруг придётся в линейных поселениях* жить? А ну как понадобится себя защищать? Там и набеги возможны, и стычки, и всякое прочее.
*Здесь имеются в виду посёлки,
расположенные на «линии» —
т.е. на границе, в том числе
нечётко очерченной,
с немирными кочевниками и т.д.
Так что все мои сеструхи начатками боевой магии владели. Другое дело, что это не было принято особо демонстрировать… А вот с Серафимой я вопрос упустил. Похоже, у папеньки-Шальнова она как нежный цветок в оранжерее выросла. Ну да ничего, мы эту недоработку-то поправим.
На окружённой плотной и высокой живой изгородью площадке было пусто и слегка сумеречно.
— Смотри, милая. Начнём со щита. Во-первых, скажу сразу: щит ты делать прекрасно умеешь.
— Да как же?..
— А просто! Я сам лично сколько раз видел. Ты, когда крышку с кипящей кастрюли поднимаешь, пару в свою сторону идти не даёшь — так?
— Так, — немножко повеселела Серафима.
— И противень из печи, поди, без тряпицы достаёшь? Голой рукой?
— Ну, не совсем уж голой. Полотенчико беру, чтоб сажей не испачкаться. А жар отвести я и так умею.
— Так это щит и есть! Только для кухонных целей он другой формы, нежели боевой.
Несколько минут я потратил на растолковывание разницы между бытовой и боевой защитой, после чего велел:
— Всё! Теперича вон туда в кружок вставай и с места не сходи. А я в тебя ильиными огоньками кидаться буду. Не боись, махонькими! — предупредил я зарождающуюся панику. — Твой пирог вчера горячее был. Но часто пулять буду. Да с разных точек. А ты, знай, поворачивайся да щиток ставь.
— А если я не успею?
— Ну, всё! Не успеешь — подпалишь тренировочную форму. Будешь в прожжёном ходить, — и не успела Серафима надуться, как я скомандовал: — Начали! — споро отступил четыре шага назад и пустил первый огонёк.