— В Румынию?

Короткий, утвердительный кивок:

— Да. После отречения Кароля генерал Антонеску возглавил националистическое правительство Румынии в качестве премьер-министра. Требования советской стороны о соблюдение нейтрального статуса и запрете транзитного пропуска сквозь страну немецких войск румыны твердо отвергли… А уже сегодня Антонеску подписал Тройственный пакт и дал согласие на ввод вермахта под предлогом защиты нефтяных месторождений.

Комдив тяжело вздохнул:

— Румынам ведь до Одессы ведь рукой подать — а еще с территории Румынии можно нанести фланговый удар в тыл Украинскому фронту. Какими паршивыми бы ни были румынские солдаты — но их кавалерия-рошиоры вкупе с танкистами и моторизованной пехотой вермахта натворят дел! А наша граница с Румынией пока прикрыта лишь погранцами…

— Да и румынская нефть обеспечит немцев едва ли не иссекаемыми запасами топлива, верно? Николай Федорович, правильно ли я понимаю, что мою бригаду перенацелят на юг?

Ватутин утвердительно смежил веки и легко улыбнулся:

— Правильно, Петр Семенович. Формируется еще одна армейская группа из состава 24-лтбр и 5-й кавалерийской Шарабурко. Вас будут спешно пополнять танками и личным составом — а помимо того, командование перебросит на границу две стрелковые дивизии с Кавказа. Возможно, общее руководство мне придется взять на себя… Скажите, товарищ комбриг, есть у вас какие соображения, пожелания, просьбы?

Я едва ли на койке не подпрыгнул:

— Так точно, товарищ комдив! Прежде всего, нужно обсудить штаты. Недопустимо, чтобы моя танковая бригада осталась без своевременного подвоза топлива, как подо Львовом! А также без собственного зенитного прикрытия, без приданной бригаде пехоты — и гаубичной артиллерии. Сами по себе на одних танках мы много не навоюем — по крайней мере, против немцев.

Прервавшись на мгновение, я быстро закончил:

— Да! И пехота мне нужна моторизованная, на грузовиках.

Комдив обескуражено покачал головой:

— Петр Семенович, ну и запросы у вас! Право слово… Начнем с последнего — грузовых машин у нас дефицит, а вместо пехоты вас поддержат всадники Шарабурко.

Я отрицательно покачал головой, твердо ответив:

— Не пойдет. У Шарабурко должны быть свои задачи, у танкистов свои. Вы только что очень правильно говорили, что танкисты наносят главный удар, прорывают вражескую оборону — а в прорыв идет кавалерия… В 5-й кавалерийской ведь будет свой танковый батальон, так? Вот в таком случае, выделите в мою бригаду хотя бы один кавалерийский полк, что будет именно мне подчиняться. И если не дивизион, то хотя бы полнокровную батарею гаубиц — и грузовые машины под них! Возьмите польские трофеи, если наших не хватает.