Теперь оставалось только их додавить, непрекращающиеся попытки немцев прорвать кольцо заставили меня половину своих сил выделить в манёвренные группы, которые, как пожарные команды ликвидировали немецкие попытки разорвать кольцо окружения. Честно говоря наших сил едва хватало на удержание позиций, и если на Южном направлении ьойцы Ленинградского и Волховского фронта всё глубже вгрызались в землю, строя оборону, то вот на Северном направлении мы давили изо всех сил, стараясь максимально расширить пробитый коридор. Если раньше в этой операции я старался не дробить свои силы, то теперь создав группы из танков и бронетранспортёров с пехотой, послал их кошмарить немцев. Их задачей было нанесение внезапных ударов по немецким войскам и оставшимся базам снабжения, сея панику у противника. Не заботясь о своих флангах и тыле, они в принципе повторяли немецкую тактику прошлого года, когда немцы точно также действовали в наших тылах. Прихватив с собой достаточно топлива и боеприпасов они могли несколько дней действовать полностью автономно, а учитывая достаточно небольшие расстояния, в случае проблем могли достаточно легко пробиться к своим практически на любом участке фронта. Немцы продержались еще чуть больше двух недель, и то под конец нам приходилось в основном вылавливать их оголодавшие группы, за это время на внешней стороне кольца наши войска выстроили крепкую оборону, в этом им сильно помогли Ленинградцы. Жданов оперативно организовал несколько строительных батальонов из жителей города и они вместе с нашими бойцами выстроили две линии полноценных полевых укреплений, которые укрепили неподвижными огневыми точками из трофейных немецких танков, которые подбили, но не уничтожили. В основном это были пулемётные огневые точки, так как снарядов к их орудиям было мало. Эти танки вкапывали в землю, предварительно слив с них всё топливо и масло, это что бы они не загорелись, а кроме того их башни усилили броневыми плитами, также усилив и крышу, тем самым сделав их более защищёнными. Такие огневые точки неплохо могли противостоять полевой артиллерии и миномётам противника. После того, как линия обороны была построена, Ленинградцы вернулись в родной город, а наши бойцы отошли, заняв в отстроенных укреплениях оборону. Эти укрепления строились в паре километров от передовой, так что далеко отходить не пришлось, но итак теперь фронт пролегал почти в полусотне километров от города, так что ни о каких артиллерийских обстрелах теперь не могло идти и речи. Ленинградцы вздохнули свободней, наладилось снабжение города и хотя разумеется ни разносолов, ни изобилия не настало, всё же голодно было во всей стране, но теперь точно смерть от голода жителям Ленинграда не грозила, а кроме того прекратились и постоянные артиллерийские обстрелы города, которые так досаждали жителям. Кроме продовольствия, боеприпасов и топлива, в Ленинград стали поступать и другие ресурсы для многочисленных предприятий города, всё же Ленинград имел очень развитую промышленность и не все его предприятия были эвакуированы до начала блокады. Сейчас все эти многочисленные промышленные мощности снова включились в дело и начали выпускать большое количество вооружения и других необходимых стране и фронту товаров. А я не только выполнил, но и значительно перевыполнил поставленные перед мной задачи, и ни сколько не удивился приказу ставки вернуться к месту базирования в Москве, причём всей нашей 5-ой ударной армии. Судя по этому признаку, нас скорее всего не будут расформировывать, а скорее всего пополнив людьми и техникой снова бросят в бой и чует моё сердце, бросят нас под Харьков, где как раз началась знаменитая Харьковская операция, закончившаяся полным нашим разгромом и драпом до Волги, а в итоге Сталинградской битвой.