Пока еще — нечем.

— Но если так — подавителями обладает не только моя страна. — Хельга даже прикусила губу — настолько сильно задумалась. — У нас есть тайные союзники.

— Скорее уж у герра канцлера — так будет точнее, — отозвался я. — Более того — подозреваю, мы уже давно имеем дело с заговором, целью которого может быть даже истребление большей части Одаренных. В том числе и тебя, фрайин фон Рихтгофен.

— Что? Ты спятил, Бомон.

Хельга попыталась засмеяться, но вышло не слишком-то натурально: похоже, где-то мои слова зацепила ее собственные сомнения. Вряд ли такая умница не пыталась сообразить, кому и зачем нужна кутерьма во всей Европе. Но едва ли ей могла оказаться приятна сама мысль, что армию Рейха просто-напросто использовали в качестве оружия. И что таинственные злодеи руками простых солдат прокладывали путь к своей цели — совсем не той, о которой говорили славные генералы в золотых погонах.

— Впрочем, стоит ли удивляться? — вздохнула Хельга. — От этих русских можно ожидать чего угодно.

— Что?!?

От неожиданности я так вцепился в руль, что едва не улетел в кювет на повороте. Машина соскочила правыми колесами на обочину, дернулась — но потом все-таки вернулась на асфальт. Дальше дорога шла относительно ровно — к счастью.

Потому что я смеялся так, что на маневры уже не не оставалось сил. Даже не смеялся — хохотал, как сумасшедший, да так, что стекла в машине ходили ходуном. Хельга вряд ли шутила — и все же сказала самое абсурдное и нелепое из того, что я ожидал… Нет, подобного я не ожидал вовсе, и поэтому теперь едва успевал вытирать рукавом слезящиеся глаза.

— Я сказала что-то смешное, Бомон? — прошипела Хельга.

— Да. Очень. — Я шумно выдохнул через нос и попытался хоть как-то успокоиться. — Даже не знаю, с чего начать. Как ты могла заметить, у российской армии нет подавителей магии. Зато есть старейшая и самая многочисленная аристократия в Европе. Сотни Одаренных княжеских родов, не считая тех, кто рангом пониже. Кто в своем уме лишит себя подобной силы?

— Ну… тот, кому это выгодно. — Хельга ответила не слишком уверенно, но сдаваться явно не собиралась. — Тебе не приходило в голову, что многочисленные аристократы только мешают короне своими дрязгами? Или кто-то просто расчищает себе дорогу к власти… Ты ведь слышал о князе Горчакове, Бомон? Который убил кайзера?

— Ты веришь в эту чушь, фрайин? — Я отвернулся и уставился на дорогу, будто там происходило что-то запредельно важное. — Самая нелепая фальсификация из всех, что я видел. Во-первых, покойный кайзер Вильгельм не желал войны с Россией, и делал все, чтобы…