— Вот как?.. — Я откашлялся. — Значит?..
— Именно так. Боюсь, вы поставили меня в немыслимо неловкое положение: я не могу связаться с командованием, не могу позволить вам сойти на берег. — Коннери мрачно усмехнулся. — И, разумеется, я никак не могу вас казнить.
— Приятно слышать, — буркнул я. — Но что же вы, в таком случае, можете, капитан?
— Подозреваю, мне следовало бы посадить вас обоих под замок. Но здесь прекрасная юная леди, — улыбнулся Коннери. — И сам князь Горчаков… Едва ли я могу поступить так с людьми вашего положения. И если вы пообещаете…
— Разумеется, — кивнул я. — От нас не будет хлопот, капитан.
— Чудесно. Вашего слова более чем достаточно. Я, в свою очередь, лично обещаю вам с леди Гижицкой лучшие условия и каюты, что мы можем предложить. И полную свободу перемещения по “Титании” — в пределах разумного, конечно же. Вы покинете нас, как только появится возможность. — Коннери поднялся из-за стола, явно давая понять, что наша беседа подошла к концу. — Но до этого дня — прошу, считайте себя гостями флота его величества.
Глава 13
— Значит, ты и есть тот самый князь Горчаков?
Я на мгновение даже удивился, что Хельга заговорила. Мы сидели молча уже часа два — с тех самых пор, как более-менее обустроились. “Самые лучшие условия” на деле оказались одной каютой на двоих. Которую, похоже, наспех переоборудовали чуть ли не из карцера — настолько она оказалась тесной. Впрочем, я не жаловался: даже пожелай капитан Коннери уступить нам собственные апартаменты, там едва ли было бы намного просторнее.
А здесь кое-как помещались две койки, разделенные единственной тумбочкой, стул и невесть откуда взявшаяся деревянная вешалка для одежды, на которую я пристроил свою куртку и кобуру с “кольтом”. Оружие мне любезно вернули — видимо, посчитали, что если уж мы решим перебить экипаж и удрать — скорее воспользуемся магией Одаренных.
Впрочем, я не собирался делать глупостей — а именно: убивать людей без причины, захватывать корабль, которым все равно не умел управлять, портить отношения с британским монархом или даже пускаться в открытое море на шлюпке без паруса или хоть какого-то средства связи. В конце концов, я пообещал Коннери — а слово аристократа не должно стоить меньше, чем самая важная бумага с печатью и подписью.
Так что меня при любом раскладе ждало путешествие. Может, совсем короткое, до ближайшего британского порта, может, и нет — но уж точно в весьма занятной компании… теперь. Чуть приоткрытый иллюминатор приносил свежий морской воздух, но в каюте все равно было потчи жарко. То ли от близости паровых котлов…