И вся эта почтенная публика глазела на нас. Львиная доля внимания, конечно же, доставалась Хельге, хотя и я поймал немало взглядов. Пока еще не злобных, скорее недобро-любопытных — но уж точно не сулящих ничего хорошего. Я неторопливо шагал от двери к барной стойке, и разговоры вокруг замолкали, а следом за ними стихал и динамик музыкального аппарата. Будто кто-то сначала слегка убавил звук, потом подкрутил еще — и в конце концов убрал его чуть ли не в ноль.

В общем, к стойке я подходил в почти гробовой тишине.

— Доброго вечера, джентльмены. — Я пододвинул высокий стул и уселся. — Не найдется ли у вас здесь немного бензина?

— Бензина? По-твоему эта дыра похожа на заправку?

Бармен едва возвышался над стойкой собственного заведения — зато в плечах был чуть ли втрое шире меня. Налысо бритая башка с уродливым шрамом, рыжая щетина, кожаный жилет на голое тело и огромные ручищи, покрытые темно-синими письменами и рисунками. Может, и не самый колоритный парень в этом зале — уж точно в десятке.

И, как и все здесь, он явно не горел желанием помогать невесть откуда взявшемуся моднику из Майами.

— На заправку? Нет, сэр. — Я покачал головой. — Но мне бы не помешал бензин. Хотя бы несколько литров.

— Литров?.. — вкрадчиво переспросил бармен. — В этой стране топливо принято измерять галлонами, черт бы тебя побрал! Откуда ты вообще взялся, пижон.

— Зашел вон через ту дверь. — Я пожал плечами. — И уйду туда же, как только мне дадут заправиться. Ну… или хотя бы телефон.

Судя по тяжелым шагам за спиной, меня уже понемногу окружали. Большинство байкеров остались за своими столиками или у бильярда, но нескольким оказалось не лень подняться. Я насчитал пятерых — и неизвестно сколько еще готовы были сорваться, если начнется драка.

Точнее — когда начнется.

— Может, все-таки лучше без этого дерьма, парни? — Я тоскливо вздохнул, разворачиваясь на стуле. — Как насчет пива за мой счет?.. Всем.

— Это верно, сегодня мы точно выпьем за твой счет. — Тощий парень с длинными сальными волосами шагнул вперед, на ходу выкидывая лезвие ножа-бабочки. — Гони бумажник, пижон!

Я еще прикидывал, как бы обойтись без крови, но Хельга — впрочем, как и всегда — вместо болтовни решила действовать. Она подхватила со стойки оставленную кем-то полупустую кружку с пивом.

И швырнула тощему в лоб. С такой силой, что стук слышали, наверное, даже в Джексонвилле. Стекло разлетелось во все стороны мелким крошевом, и залитое пенной жижей тело с грохотом повалилось на пол.

А навстречу мне уже летели сразу двое. Первого я свалил пинком в живот, но второй оказался слишком крупным для таких выкрутасов — раза в полтора тяжелее меня. Его я пропустил сбоку — а потом еще и добавил ускорения, подхватив за поясной ремень. Вопящее тело скользнуло через барную стойку и впечаталось лбом в какие-то стаканы, бутылки…