«Вот ведь гнида, уже хорошо продумал для себя пути отхода из парка. Чтобы лишнего не светиться на улице», — успел подумать я, судорожно доставая фонарик и разворачивая его в руке.

Присел пониже, на уровень оградки, какая-то машина катится за моей спиной.

Времени осталась всего пара секунд, ведь маньяк дошел до прохода между могилами, где жду его я. Немного постоял, осматриваясь, вот он шагнул в мою сторону, заметив свою машину в свете фонарей проезжающего мимо грузовика.

«Ага, здесь самый удобный и близкий проход к его машине», — мелькает в моей голове понимание.

Я пока сижу за оградкой могилы, но когда услышал первые шаги Чикатилы в мою сторону совсем рядом, резко выпрямился и одновременно включил фонарик, направив его сразу в хорошо уже знакомое мне лицо.

— Гражданин Чикатило? — спросил я сам довольно гнусным хриплым голосом, совсем не опасаясь, что кто-то меня на проезжей части расслышит за шумом проезжающего рядом грузовика.

От внезапного света маньяк попробовал прикрыться своим портфелем и как-то подозрительно весь извернулся боком от меня.

Явно, очень здорово ошарашен, когда его встретила милиция на его же тайной тропе, про которую никто не должен знать. Не какая-то случайная возможная жертва, а именно милиция с фонарем, которая явно его здесь поджидает, раз знает по фамилии шагающего по темному кладбищу человека.

«Только, человека ли?»

Кто еще может так посветить в лицо и казенным голосом спросить положенные слова? Больше некому точно, а сам рассмотреть он меня пока никак не может.

Я шагнул к маньяку, пытаясь рассмотреть, где его руки и не вытаскивает ли он из кармана свой проверенный нож.

Впрочем, мне хватило всего одной секунды, чтобы приблизиться в нему и с размаху отправить ножку табурета на встречу с его головой. Ножка бумкнула, Чикатило глухо всхрюкнул и повалился в проход головой от меня.

«Все, я сделал это!» — понял я снова, что Рубикон окончательно перейден в моей долгой канители с маньяком.

Приехал все-таки сам решить вопрос, который оказался не по зубам всей милиции с прокуратурой, еще даже горкому и обкому КПСС. То есть я только что напал на маньяка и отправил его в глубокий нокаут, судя по тому, как ровно легла увесистая деревяха всей плоскостью на правую сторону его башки.

Выключать фонарик я не стал сразу, его тускловатый свет мне необходим, чтобы самому не нарваться на удар ножом в темноте и хорошо рассмотреть, куда продолжать бить.

Рассмотрел все нужное за секунду, ногой откинул подальше портфель из руки Чикатилы и принялся охаживать его лицо и голову своей тяжелой дубинкой.