С этими мыслями я вернулся в поместье, помылся, поел и лёг спать.

Проснулся я посреди лунного света, что озарял нагую деву с блестящими красными глазами.

Если ранее Снег, в отличие от орчих в племени, молодое тело Олежи не интересовала, то сейчас реакция была мгновенной.

А вот мне было не до этого. Я взмахнул рукой, воздушные ленты покрыли тело повзрослевшей особы, буквально спеленали её.

— Ты всё-таки как-то избавилась от пилюли успокоения? — спросил я девчонку, бьющуюся под действием своей разгорячённой крови. Хотя взгляд был безумный, словно у животного в брачный период. — Понятно, надо изготовить новую порцию, которую не захочется выплёвывать. А пока… — я рассёк руку вдали от вен и приложил раной к устам орчихи.

Приказа не потребовалось, та присосалась, словно комар или пиявка.

Я выждал, пока её аура утратит красный цвет страсти.

Тьфу, розовый. Влюбилась во вкус моей крови, дрянь? Вампирша недоделанная!

Сама отцепилась, голова запрокинулась, и она засопела, уснув.

Я поднял её и положил на свою кровать.

Ладно, пока этого достаточно, но я применил цикличное обновление воздушных лент, чтобы обезопасить свой сон от этого «комарика», а делать пилюли решил на свежую голову.

Проснулся я на заре.

Снег лежала прямо, сложила руки крест-накрест, а в её ауре уже бегали красные искорки.

Нет, надо решать проблему.

Я встал и двинулся в сторону комнаты, которую до меня не использовали больше пятидесяти лет: алхимическую лабораторию, что была в потайной нише.

Если успокоительные травки, полынь там, ромашка и прочее, зелёной не нравятся, сделаю тупо наполнитель с орехами и мёдом. Может, и шоколадом?

Время экспериментов и кровопускания!

От производства пилюль, а по факту кондитерского дела с элементами вредительства своему организму, я отвлёкся только на закате, когда всё было готово.

— Да, хорошо, что орки — не люди, — пробормотал я.

Оставь я так Лилию… будем честными, оставлял. Ох, какой скандал потом был! Но мы тогда ещё не встречались, да я и не был в курсе, что она принцесса. Просто какая-то буйная смазливая девица напала на меня из-за угла.

В итоге я её спеленал магией, а сам пошёл сбывать трофеи с охоты, потом по каким-то ещё делам, вернулся домой через сутки. Человеческий организм был слаб и злопамятен.

С орчихой подобного не случилось. Возможно, из-за нового приступа похоти, который можно было заметить и без слежения за аурой: томное дыхание, покусывание губ, взгляд с какой-то поволокой, а так же тихая фраза:

— Ты вообще мужик? Ты мой муж, должен исполнить свой долг!

— Да-да, мужик и вот мой долг, — проворчал я и засунул версию из жжёного сахара с орехами и каплей моей крови ей в рот.