— Ты уже освободился?

— Да, иду к себе.

— Ложи вещи и подходи сюда.

— Сейчас буду, — ответил я.

Зайдя в свою палату, кинул пакет на кровать, от чего тот захрустел, видимо внутри были какие-то чипсы, и направился в ординаторскую. Анна Викторовна все так же сидела за столом и продолжала заполнять какой-то странный бланк.

— Через минуту я освобожусь, пойдем, сделаем еще один анализ, — не отрываясь, сказала она, — присядь пока.

— Хорошо, — ответил я и, поискав взглядом, куда можно сесть, обнаружил в одном из углов ординаторской потертый диван. Когда же я туда умостился, сразу об этом пожалел, так как он был еще и старый, так что одна из продавленных пружин впилась мне в пятую точку так, что я чуть не взвизгнул от неожиданности. Пересев немного левее злосчастного места, ожидал Анну.

— Я закончила, пойдем, — поднимаясь и подхватив с собой бланк, позвала меня.

— Уже иду, — догоняя ее около двери, откликнулся я.

Дальше мы шли какими-то длинными коридорами, через несколько этажей и снова коридорами, входя и выходя из разных отделений. По всей видимости, больница была просто огромной, с несколькими многоэтажными зданиями, соединенными между собой переходами. Поднявшись по очередной лестнице на пятый этаж, прочитал на табличке «экспериментальный отдел», что меня слегка удивило и напугало.

— Привет, Натусь. Я тебе звонила по поводу нашего пациента. У вас капсула сейчас свободна?

— Привет, Ань. Еще минуты три будет занята, а потом — да. Ты же не просто так звонила, мы сделали тебе окошко, — ответила девушка, сидящая за огромным столом, прямо напротив входной двери.

— Придется подождать, — уже обращаясь ко мне, — давай сядем.

— Хорошо, — немного смущенно ответил я, — а зачем мы здесь?

— Видишь ли… Обычные способы исследования не могут определить, что с тобой не так, но по оценкам нескольких врачей, у тебя скоро начнут отказывать все органы. Так что, это один из вариантов, который я смогла придумать и который, надеюсь, хоть что-нибудь прояснит, — грусть в голосе Анны не вызывала сомнений, что она говорит правду.

— Понятно. А через сколько дней? Вряд ли я с отказавшими органами долго протяну, а так… Хоть некоторым людям добрые слова скажу, — с упадническим настроением поинтересовался я.

— Сереж, все будет хорошо. Мы найдем выход. Обязательно найдем, — она тоже не верила в то, что меня можно спасти, но отчего-то очень старалась.

— Четвертый кабинет по левой стороне, вас уже ждут, — сообщила Наталья.

— Пойдем. И выше носик, хорошее настроение тоже помогает выздоравливать, — она пыталась меня подбодрить, но после таких «веселых» новостей это вряд ли вообще возможно.