Я не видел медленно подходящую начальницу охраны дома Клавдии ко мне, ее полную ненависти гримасу и черную, как смоль, ауру. Не видел Анну Викторовну, которая ворвалась в столовую и, увидев мое бездыханное тело, кинулась в атаку и в ходе боя щитом вытолкнула Анастасию в пролом окна. Не слышал, как охрана наконец-то среагировала и достаточно быстро дала нападавшим отпор, выписав им путевку в один конец. Все это я узнал позже, придя в себя в реанимационном отделении, где в большой палате на восемь человек, нас, всех выживших в этой схватке, положили и непрерывно следили за нашими показателями.

Пришел в сознание последним, услышав стон Анны Викторовны рядом. Открыв правый глаз, попытался осмотреться, но при повороте головы та отозвалась жуткой болью, вынуждающей снова зажмуриться. Вторую попытку сделал спустя минут десять, когда боль утихла: палата с белыми стенами, три койки заняты пациентами, подключенными к системам жизнеобеспечения, по центру комнаты стол с тремя стульями, на которых две медсестры обсуждают какие-то жизненные проблемы полушепотом.

— Привет, — сиплым голосом поздоровался я, удивляясь странному эху от своих слов — можно водички?

Никто не отреагировал, кроме Анны Викторовны, которая лежала на кушетке слева от меня.

— Девочки, — слабым голосом произнесла она и указала взглядом на меня.

Медсестры встрепенулись, одна бросилась к выходу, вторая подбежала ко мне:

— Как твое самочувствие? Что-то болит?

— Воды, — еще раз попросил я, почти не слыша собственный голос.

— Сейчас, — отозвалась та, и уже через мгновение я утолял жажду из одноразового стаканчика.

— Все… терпимо, — вернув стаканчик, ответил я и немного поморщился, попытавшись повернуться на бок.

— Только не отключайся, — с тревогой в голосе попросила медсестричка.

Дверь реанимации распахнулась, и в палату ворвались вторая медсестричка и неизвестная мне женщина, выглядевшая, в отличие от всех встречающихся мне в этом мире девушек, лет на сорок-сорок пять.

— Когда он пришел в себя? — властным голосом поинтересовалась она.

— Не более двух минут назад, — отозвалась первая медсестра.

— Посмотри на меня, — сказала лекарь и начала светить фонариком в глаз, после чего его сразу же убрала, а я, удивленный происходящим, потянулся рукой ко второму глазу.

— А вот этого делать не надо, — перехватив мою руку, рекомендовала она, — твой левый глаз сильно пострадал и ему необходим покой. Я сомневаюсь, что ты хочешь остаться слепым.

— Нет, — с испугом ответил я, — что…

Резкая боль ударила в голову, так что договорить я не успел. Зажмурив глаз и попытавшись обхватить руками голову, я был скручен медсестрами и непонятное тепло начало разливаться по телу, исходя из плеча. Уже через несколько секунд боль отступила вместе с сознанием.